аблетки покойникам. - Да, брат, тяжелый случай, - выразил поддержку Леший. - А на днях, значит, приползает ко мне русалка, и говорит: «завидую утопленницам, у них хоть ноги есть, доктор помоги. Ну, я ей говорю, что в сознании смертных ты, дорогуша куда желаннее всех речных тварей. - А она? - Хочу ноги и баста. Пойми, Леша, я же не хирург. - Это верно, это верно. Давай выпьем. Весь вечер Леший с Кащеем колдырили, распевая песни. Час был поздний, и бабушка предложила переночевать в избе. Я-то, конечно, возражений не имел, но есть одна загвоздка. Так уж писано, что после напоить-накормить да спать уложить, меня непременно должны съесть, если я хитрость не проявлю. Но помилуйте, какие хитрости, мне и двенадцати нет, пришлось идти домой. Леший был хоть и во хмелю, но, как истинный джентльмен проводил меня до черты, где кончается лес. Вообще мне хочется выразить искреннее уважение обитателям леса. Они приняли меня, как своего, несмотря на то, что для большинства я являлся лакомым кусочком. Настоящая сила воли. Долго ли коротко ли, но я повзрослел. Не стоит сейчас морщить свою миловидную мордашку, ведь я всецело отдаю отчет каждому обороту, каждому словосочетанию. Так вот, по мере взросления и полового созревания, менялись интересы. Травяной чай с вареньем от бабули Яги это, конечно, здорово, но, понимаете ли, хотелось чего-то новенького. Мне на тот момент уже было шестнадцать лет, и я вырос вполне себе симпатичным юношей. Дядя Блуд точно знал, чего хочет молодой человек, когда оркестрируют гормоны. Он намекнул мне, что русалки и болотницы неравнодушны ко мне. «Ну и дела» - подумал я – «Любо-любо». Нетрудно догадаться, что именно болотные обитательницы в конечном итоге сделали из мальчика мужчину. Слыхал я: некоторые обеспеченные любители экспериментов даже сливают бабки, дабы жахнуть красотку под водой, мне же данная честь выпала абсолютно бесплатно. С того дня, я в принципе частенько нырял в сей нихуя не тихий омут. Зачем нужны смертные, когда ты можешь засадить Кикиморе или молоденькой Железнячке (у нее сиськи из метала, не правда ли восхитительно?). Короче, многому меня научили в краях лесных. Умудрился я и найти ответ на вопрос: «Кому на Руси жить хорошо?» - мне хорошо. Такие дела, моя зеленоглазая читательница, и коль ты посмела предположить, что сей текст – лишь плод захворавшего чела, то спешу кончить тебе на язык, а ведь мы оба знаем, как ты любишь отбеливать язычок. Я кончал в твою пасть, и кончу еще разок, но молю: не подумай, что пребывая в социуме лесных обитателей, я совершенно оторван от мира обывателей. К восемнадцати годам у меня-таки появился друг. Звали молодца Степаном. Со Степкой мы познакомились в Психневрологическом диспансере, куда я был помещен по настоянию мамули. Ну что тут скажешь, переживала старушка за душевное состояние отпрыска. Собственно, в ПНД мне очень нравилось: колеса были вкусными, сестрички сексуальными, а что до Степки, так он просто отморозок местный. Ему самое место в колонии, а не среди невротиков, пограничников, и прочей нечисти. Теперь немного об искре, что разожгла огонь между мной и Степкой. Как бы банально не звучало, но мы подрались. Подрались просто так. Нет, я серьезно. При нашей первой встрече Степа мне так и сказал: «я набью тебе ебало». И набил! Но, сука, и я не пальцам делан. Медведко меня еще в подростковые годы научил фольклорному стилю боя. Избив друг друга до полусмерти, нам удалось найти компромисс, и тут понеслось. Со Степочкой ко времени выписки, нам отпустили рецепт на прекрасный антидепрессант, который превратил бы даже самого забитого чмошника в голливудского бедбоя. Что уж говорить про нас со Степой. Мы короли вашего гнилого мира. О том, как неподражаем Степка, я еще успею поведать. Сейчас немного расскажу о взаимодействии с медперсоналом. Была в отделении одна сестричка очень миловидная: попка любой из Кардашьян и взгляд принцессы Дианы. Засматривалась на меня красоточка, понять можно. Такой расклад меня равнодушным не оставил, и в последнюю ночь я трахнул ее в туалете. Стонала она, конечно, словно порно актриса, а как задом двигала, - просто прелесть. Но это не самое интересное. Сексапильная работница ПНД была с прибомбахом. Я, значит, такой отрабатываю ее, а она мне: - Наше медицинское учреждение – это страна, представлявшая серьёзную угрозу для западного мира. Я говорю не о военной угрозе. Её, в сущности, не было. Наши медики достаточно хорошо вооружены, в том числе шприцами. Я имею в виду угрозу экономическую. Благодаря плановой медицине и своеобразному сочетанию моральных и материальных стимулов, этому ПНД удалось достигнуть высоких аскетических показателей. Процент прироста валового национального продукта у него был, примерно, в два раза выше, чем в наших вагинах. Если при этом учесть огромные природные ресурсы ПНД, то при рациональном ведении хозяйства у диспансера были вполне реальные возможности вытеснить нас с мировых рынков. Поэтому мы всегда предпринимали действия, направленные на ослабление экономики ПНД и создание у него внутренних трудностей. - Заткнись, и соси, - сказал я, повернул лицом к себе, и вставил член этой ненормальной дамочке. После того, как я наконец заполнил ее глотку, посмеялся от души, и предложил выпить чаю. Мое предложение пришлось ей по душе. Во время скромного пира мы обсуждали животных, говорили о творчестве Уэса Андерсона, и просто здорово провели время. Утром мы со Степой покинули лечебное заведение, и, закинув пару колес антидепрессанта, направились в лес. Мне же нужно было представить нового друга лесной семье.