— Она давно мне не мать да и вряд ли была когда-то. Она же меня ненавидит. Впрочем и тебя тоже.
Папа перевёл на меня свой взгляд. В глазах читалась боль. Да, я делал больно отцу, но больше молчать нет никакого смысла. Он прожил в счастливом неведении целых три года, пора открыть глаза.
У меня было документальное подтверждение всем проступкам моей матери. Дома в сейфе хранились бумажные носители, а ещё имелось несколько флешек. Да, у меня паранойя, но я перестраховался.
Поэтому сейчас достал из кармана флешку с надписью «компромат» и положив её на стол, толкнул в сторону отца.
— Сам посмотри как нас любит Марта Васильевна.
Отец протянул руку к флешке. Заметил что его пальцы слегка подрагивают. Мне было больно смотреть на него такого. Встал с кресла и направился к дверям.
— Ты уходишь? — охрипшим голосом спросил отец.
— Покурю и вернусь. Думаю тебе стоит побыть немного одному.
Вышел и прикрыл за собой дверь. У родителей в доме не курили, поэтому накинул куртку и направился на улицу. Выкурил две сигареты, но не торопился вернуться внутрь. Мне страшно представить что сейчас испытывает отец. Он всегда говорит что он однолюб, встретил свою единственную ещё в университете и больше от себя не отпускал.
А на той флешке хранилась такая информация, после которой не останется ни грамма этой любви. Лишь пепел и горькие осадок.
Промаявшись на улице ещё минут десять, вернулся в кабинет и не узнал его. Всё что можно было расколотить, отец расколотил. В том числе и коллекцию любимых маминых ваз. Сам же он сидел за ноутбуком и пил виски прямо из горла. Он поднял на меня красные глаза. Никогда не видел чтобы мой отец плакал. Осознание что мой папа сильный мужчина, который очень многое преодолел, слабакам в бизнесе просто нет места, плакал, болью сжимает моё сердце.
— Я согласен. Я лично буду на балу и в первых рядах посмотрю на то, как Марта всё потеряет.
Глава 21
Вика
Дом крёстной я покидала в раздрае. Слова Регины словно на репите прокручивались в голове снова и снова, снова и снова. Ну, допустим Инди Макс забрал потому что сам её и купил. Решил забрать свой подарок назад. Маловероятно и очень притянуто за уши, но вдруг. Что если ему очень сильно захотелось завести себе домашнее животное и выбор пал именно на заморских грызунов? Ну так он может позволить себе хоть сотню таких зверьков. Зачем ему нужна была Инди? Привязаться к зверьку Максим не успел, он видел то её всего пару раз после того как подарил. Мысль что дело может быть в личности бывшего хозяина, то есть во мне, гоню от себя.
— Тори, ты вообще здесь? — раздаётся у меня над ухом.
Остап как и обещал приехал за мной к крёстной. Даже успел попрактиковаться в остроумии с Региной. У этих двоих любимое занятие проверять кто в их словесной перепалке выйдет победителем. Я не мешаю им, смотрю со стороны, хочется детишкам поиграть, пожалуйста.
Медленно едем домой, в городе ужасные пробки и движемся мы как древняя улитка. Я бесцельно пялюсь в окно, совершенно ничего не видя. Мои мысли блуждают где-то очень далеко и возвращаться назад не торопятся.
Остапа подобное моё состояние напрягает, наверное, поэтому он сейчас и затевает со мной диалог.
— Частично, — отвечаю уклончиво и наконец поворачиваюсь к нему.
— И где же ты витаешь? — спрашивает брат.
— Слушай, а почему ты не интересуешься где Инди? И почему я её не забрала?
Внимательно слежу за братом. Он уверенно держит руль, всё его внимание приковано к дороге. Но свою плутовскую улыбку он от меня даже и не пытается спрятать.
— Просто ты знал. Да?! Ну конечно же знал. Ты же всегда собираешь полную информацию прежде чем сделать шаг. Это кто тебя не знает, думает что ты действуешь наугад и по наитию. Но я то знаю что ты без плана даже в душ не ходишь.
Остап цокает языком и закатывает глаза, словно говорит: ну ты и тормоз, давно должна была это понять.
— Конечно я знал.
— Почему не сказал?
— Не мог лишить тебя возможности самой всё это раскопать. И начать задавать верные вопросы.
— Знаешь, я удивлена что ты дожил до своих лет и никто не попытался ещё свернуть тебе шею.
— Просто я обаяшка. И все знают что если меня не станет, мир лишиться самого яркого своего жителя.
— Иногда я не понимаю шутишь ты или говоришь всерьёз.
— Киса, я сама серьёзность.
Я громко фыркнула. И не будь Остап сейчас за рулём, хорошенько бы его огрела. Но сейчас нельзя, поэтому просто гневно раздавала щеки словно я злобный бурундук.
— Я надеюсь ты начала задавать нужные вопросы?