Постояла ещё недолго рядом с фотографией и наконец направилась из комнаты. В квартире было тихо. Неужели Максим ушёл? Обошла все комнаты, но его нигде нет. Собиралась уже вернуться в спальню, как заметила движение на балконе. Максим был там.
Медленно подошла к балкону, открыла и вошла внутрь. Макс стоял по мне спиной. На нём были только спортивные штаны. Я посмотрела на его спину. На ней была огромная татуировка: два ангельских крыла, одно целое, покрытое красивыми перышками, другое поломанное, без единого пера, только кости. Красивая и жуткая одновременно.
Подошла вплотную к нему и провела пальцами по рисунку. Максим вздрогнул, скорее всего он не слышал как я вошла. Наклонилась и поцеловала его спину.
— Что ты здесь делаешь? — шёпотом спросила его.
— Просто решил подышать.
Он развернулся и обнял меня, поцеловав меня в висок.
— Ты холодный, — улыбнулась ему, прижимаясь как можно теснее.
— Согреешь меня? — спросил Макс.
— Конечно.
Максим переплел наши пальцы и повел назад в спальню. И сразу же утянул нас в кровать.
— Почему именно эта фотография? — тихо спросила у него.
— Это твой последний счастливый снимок. Здесь ты ещё улыбаешься и наш ад не добрался до тебя.
— Зачем ты изводил себя каждый день глядя на фото?
— Я не позволял себе забыть что тогда произошло, чтобы злость во мне не засыпала. А ещё глядя на тебя на этом фото, думал что ты всегда рядом со мной.
Прижалась теснее к его боку и поцеловала в грудь. С уголка глаза скатилась слеза. Мне было невероятно больно за своего мальчика. За что ему столько боли?
— Как же ты всё это переживал совсем один. Рядом со мной всегда был брат, а с тобой не было никого.
— Я далеко не ангел, Вик. И использовал людей в своих целях.
— Ну значит я тоже плохой человек, ведь не считаю это грехом. Я люблю тебя. Три года пыталась ненавидеть, убеждала саму себя что ты самый ужасный человек на земле. Но всё равно любила. Ты жил все эти три года в моём сердце и в моей голове.
— Ты даже не представляешь как я рад.
— Мне нравится твоя татуировка. Когда ты её сделал?
— Через несколько дней после того как ты улетела.
— Что она значит? Или это просто рисунок?
— Ты подарила крылья, но взлететь нам было не суждено.
— Почему это звучит так ужасно грустно?
— Ну теперь то всё будет по-другому. Ты теперь со мной и никто больше тебя не заберёт от меня.
Максим приподнял мою голову и поцеловал в губы. Едва он перестал меня целовать как я выбралась из одеяла и перебралась к нему на колени. Мои волосы служили своего рода одеждой — прикрывали грудь. Но Макс сразу же отбросил их назад, полностью открывая меня для себя.
В его глазах читалось дикое желание и восхищение. Он разглядывал меня даже не пытаясь спрятать свой нахальный взгляд. А я краснела всё больше и больше с каждой секундой.
— Ты такая красивая, — шептал Максим.
Он начал покрывать мою кожу поцелуями, но при этом продолжая смотреть мне в глаза. В глазах плескался огонь. Внизу живота разлилось приятное тепло. Запустила пальцы в его волосы.
— Не могу привыкнуть к твоим белокурым волосам, — улыбаясь сказала ему.
— А я к твоим розовым привык быстро. Моя фантазия, ты в моей спальне и из одежды на тебе лишь твои локоны, наконец исполнилась. Я кайфую.
Я начала глупо хихикать. Он невозможен. Хочу повторить то, что происходило вчера. Немного поерзала на коленях Макса и спустилась ниже, упираясь в его возбуждение. Его руки лежали на моей талии и слегка сжимали её. Моё ерзаньë усилилось, а руки спустились к поясу его штанов.
— А ты нетерпеливая у меня, — улыбаясь сказал он, ловя мои губы.
Я же тем временем начала спускать его спортивки, выпуская наружу член. Максим оторвался от моих губ и перевёл взгляд на мои руки, следил за тем как я его раздеваю и даже помог мне, слегка оторвав свой зад от кровати. Раздев его, отбросила штаны в сторону и вернулась назад на его колени.
— Я хочу тебя, — прошептала ему в губы.
— Иди скорее ко мне.
Он приподнял меня за талию и насадил на себя. Ощутила чувство наполненности и закусив губу начала двигаться. Максим учащенно дышал и продолжал держать мою талию. Прижалась к его груди и обвила руками шею. И двигалась, двигалась, двигалась. Вверх-вниз, снова вверх и снова вниз. Между ног было неприлично влажно и горячо.