— Доброе утро, — поздоровалась и принялась выкладывать на тумбочку контейнеры с едой, фрукты и снежок.
— Кукусик, ты же знаешь что я уже послезавтра вернусь домой?
— И?
— Куда столько еды? Думаешь меня здесь не кормят?
— Я наслышана о больничной еде. Так что не ворчи.
— Лучше поцелуй меня.
Отложила шопер и в считанные секунды оказалась рядом с ним. Хотела наклониться, но Максим поймал меня в кольцо своих рук и крепко обнял.
— Осторожнее, тебе нужно себя беречь.
Все время что Максим был в больнице, я находилась рядом с ним, уходя лишь на ночь и то с боем. А ещё ждала когда же он наконец-то вернётся домой. И тот факт что в больнице он всего на два дня не сильно меня обнадеживал. Я так сильно прикипела к нему что уже не могла представить как это быть без Максима. Пока он находился в больнице к нам приходит следователь чтобы записать наши показания по поводу произошедшего. Максим написал заявление на Аню. А ещё приходила Магдалена. Женщина очень слёзно просила отозвать заявление и простить её дочь. Уже приготовилась ответить женщине, но Макс сам справился. После того как ничего не добившись она ушла, Максим сказал, что давно пора оградить общество от Петровой и её неадекватных выходок.
К его возвращению я готовилась тщательно. Приготовила праздничный ужин, позвала друзей, купила ему какую-то крутую ортопедическую подушку. Забирать Максима из больницы поехал его отец, а я осталась готовить сюрприз.
Праздник, посвящённый, Максиму прошёл на отлично. Он никак не ожидал что столько людей придёт его навестить. А я взяла на себя заботу о нём.
Максиму был предписан полный покой на несколько недель. И его дико это раздражало, всё хотелось вскочить с постели и куда-то бежать, что-то делать. А я как строгая мамаша всегда загоняла его назад.
Хоть мы много разговаривали о том что пережили и давно простили друг другу всю боль, я всё равно чувствовала вину перед Максимом. Так что его временный постельный режим я восприняла как возможность принести свои извинения и благодарность. Но не словами, а действиями. Мне очень важно было донести до него что он не один, что я всегда рядом и люблю его всем сердцем. Что он самый дорогой, родной и близкий человек. Даже не так, что он мой кислород, мой мир, моя вселенная. Засыпая на его груди под биение самого любимого сердца каждую ночь, говорила спасибо своей судьбе что подарила мне моего Максима.
Глава 45
Максим
Моя девочка сладко спит на моей груди, а я прижимаю её к себе. Она очень устала, хоть и не подаёт вида. Последние два месяца всё тащит на своих хрупких плечах. С того момента как меня сбила Аня, Вика окружила меня заботой.
До сих пор не укладывается в голове на что пошла Аня и для чего. Она ведь прекрасно осознавала что между нами поставлена жирная точка. Отношения фактически закончились ещё больше трёх лет назад, но она всё на что-то надеялась. Если раньше я думал что на больные поступки её толкала жажда денег и может быть кусочек от фирмы отца, то сейчас я уверен что она психически больна.
Приход Магдалины меня разозлил. А ведь я считал женщину умной и даже уважал её. Если бы мы поменялись ролями, то она точно не стала бы играть в добренькую. Сделала бы так, чтобы впаяли максимальный срок. А за дочь пришла просить. Простите её. Серьёзно? Простите? А потом ходите и оглядывайтесь гадая сделает она что-то или угомонилась.
Естественно я был категорически против, вызвав у женщины настоящий гнев. Но мне плевать. Меня волнует безопасность моих близких и точно Аня в их число не входит.
Аня потеряла связь с реальностью. Не побоялась средь бела дня на оживлённой дороге при огромном количестве свидетелей совершить наезд. А потом ещё и кричала о том, что должна была умереть Вика. Свидетелей было много, следствию предоставили записи с камер регистратора. В общем материала было много. У Ани был крутой адвокат, который в прошлый раз её отмазал. Магдалина рассчитывала и в этот раз отделаться малой кровью.
Кстати, выяснилось что с рехаба Петрова сбежала, а мать её с радостью приняла. Теперь Ане уже не сбежать. Её отправили на психиатрическое освидетельствование и выявили сильнейшее расстройство личности. А её зависимость от транквилизаторов усугубила проблему. Лечение в рехабе особо не помогло.
Впрочем выяснилось что и там было не всё гладко. Некоторые сотрудники превышали свои должностные обязанности. Несколько пациенток жаловались своим родным на неподобающее поведение медбратьев. Не знаю как дела были у Ани, может она подверглась там насилию, но факт остаётся фактом: нахождение там не пошло ей на пользу. А теперь её и вовсе закроют в лечебнице для душевнобольных. Её посчитали опасной для общества и только от неё зависит сможет она вернуться к нормальной жизни или нет.