Допив остывший зелёный чай, Яр толкнул Богдана в плечо, заставляя подняться с диванчика.
– Эй, осторожнее! – воскликнул сыночек ректора.
– Тебе же нравится грубое обращение, – усмехнулся Дава, вставая рядом с Богданом.
– Ничего подобного, – буркнул парень.
– Хочешь сказать, что я здесь главный урод? – Яр задел друга плечом, продолжая подталкивать в спину Богдана.
– Я не с тобой сейчас говорил, – не остался в долгу Дава, одарив его презрительной улыбочкой.
– Давайте уже вернёмся на лекцию, – встрял в их разговор Богдан.
– Мы туда не пойдём, – Яр не хотел сидеть в душной аудитории и слушать насмешливый шёпот одногруппников. – Прокатимся с ветерком! Дава, ты с нами?
Богдан
Богдан надеялся, что кошмар скоро закончится, но вместо лекции попал в автомобиль Ярослава. Парень пристегнул его ремнём безопасности, предварительно отобрав рюкзак, и безумие вновь ворвалось в жизнь Богдана. Не так он себе представлял долгожданную свободу, когда сможет самостоятельно принимать решения. Ярослав, безусловно, являлся олицетворением всего запретного, но Богдан лучше бы засел за планшет и нарисовал новый арт, чем бездумно колесить по городу.
Дава поехал на своём автомобиле, и теперь парни соревновались друг с другом, пытаясь обогнать и подрезая на светофорах. Богдан уставился в окно, во рту ещё горело после острого салата, и он мыслями вернулся к словам Давы: «Мне сейчас паршиво так же, как и тебе». Что парень хотел этим сказать? Злился из-за рухнувшей дружбы между ним и Ярославом? Или просто хотел досадить Богдану? От вопросов лишь разболелась голова, прохожие и улочки проносились мимо, отчего стало казаться, будто автомобиль пойман в бесконечный круг.
– Почему тебе просто не поговорить с Давой? – спросил Богдан, когда они притормозили на каком-то повороте. – Он ведь вполне адекватный, хоть и вспыльчивый.
– Ты его не знаешь! – со злостью проговорил Ярослав и прибавил скорость.
– Я видел его несколько раз в библиотеке, Дава приходил заниматься…
– Что за бред ты несёшь?! – закричал Ярослав. – Дава ненавидит книги.
– Но это ему не мешает их читать, – огрызнулся Богдан. – Кажется, ты не знаешь своего друга.
– Это точно, – усмехнулся Ярослав. – Много интересного открылось для меня в этот день.
Богдан укоризненно покачал головой и замолчал.
Ярослав
Яр с Давой кружили по городу до позднего вечера, злость не проходила, а лишь усиливалась. Они несколько раз останавливались перекусить то в кафе, то в ресторане, и каждый раз находили новую причину для ссоры. Яр стал присматриваться к Богдану и заметил, что Дава не спускает глаз с парня. А ещё… ещё друг всегда пользовался моментом, чтобы невзначай прикоснуться к сыночку ректора. Этого не могло быть! Они столько лет знакомы с Давой, и только сейчас Яр увидел лучшего друга настоящим. У Давы было много девушек, но ни с одной не вышло отношений. Яр уважал друга за свободолюбие, но всё оказалось намного прозаичней.
– Ты слишком скован, – Ярослав потёр шею сыночка ректора, когда они вошли в клуб.
– Устал, – отозвался Богдан и скинул его руку с себя.
– Тебе надо выпить, – усмехнулся он и подтолкнул парня к барной стойке.
Дава последовал следом за ними, и двух бокалов коктейля оказалось достаточно, чтобы у Богдана открылось второе дыхание. Щёки сыночка ректора раскраснелись, и парень уже поглядывал на танцпол.
– Пойдём, – довольно ухмыльнулся Яр, взяв Богдана за руку.
– Мне лучше отправиться домой, – опять заканючил сыночек ректора.
– Я отвезу тебя попозже, – соврал Яр и потащил парня за собой.
Дава всё время был рядом с ними, Богдан двигался красиво, лишь очки портили его вид. Яр снял их и положил себе в карман, игриво провёл пальцами по губам сыночка ректора и повернулся к лучшему другу. Дава плотно сжал губы, продолжая танцевать. Вот тогда-то и родился ещё один коварный план…
Богдан
Богдан ощутил, как его ноги стали заплетаться. Ладони Давы скользили по его спине, а Ярослав стоял так близко, что он мог чувствовать горячее дыхание парня. Рубашка взмокла от пота, жутко хотелось пить, и в какой-то момент он уже перестал вслушиваться в громкую музыку. В этот самый момент Ярослав приобнял его за плечи и повёл к выходу.
– Куда мы идём? – еле ворочая языком, спросил Богдан.