— Даша! — Костя поймал её панический, затравленный взгляд. — Дыши.
Да… Точно. Вдох носом, выдох ртом. А может, задохнуться, и все проблемы сами собой решатся?… Вот, правда, что ее держит? Ян? О нем есть, кому позаботиться. А ей было бы так хорошо, наконец, все прекратить… Обрести покой. Нет-нет-нет. Прочь суицидальные мысли! Чего это она, правда? Ей предстоит обычный выбор. Только и всего. Не самая сложная в ее жизни дилемма, кстати сказать.
— Мам, с тобою все хорошо? — забеспокоился сын. Только в такие моменты он опускал ее имя. Нужно срочно брать себя в руки!
— Все отлично. Люб, организуешь чай?
— Конечно. — Люба ласково коснулась ее волос и пошла в дом за всем необходимым. Следом за матерью кинулся Ян. Помощник. На пару со Ставром, он оберегал Любу, как коршун. И Дашка тоже старалась той помогать, как могла. Но… не сейчас. В эту самую минуту помощь требовалась ей самой.
— Ты вообще хоть видела отснятый материал? — тихо спросил Костя.
— Нет. Еще нет. Было много работы. А ты, я так поняла, посмотрел?
Мужчина пожал плечами, перевел взгляд на Ставра и пояснил, то ли босу, то ли Дашке:
— Я делал обход, ну и натолкнулся… На этого пижона в нашем кинозале. Он там как раз просматривал Дашкины пробы. Ну, и я… тоже посмотрел. А потом пошел за Любой. Я-то не слишком в кино силен. А там требовалось мнение профессионала.
Ставр кивнул. Понял, мол, понял.
— Ты… кхм… охренительно просто выглядела. Я ничего во всем этом не смыслю, — повторился Костя, — но твоя игра была впечатляющей.
Стеснение Кости было таким неожиданным, что Дашка, несмотря на все тревоги, улыбнулась. Ну, понятно, в принципе, почему он смутился. Сцена была довольно эротичной. Другое дело, что смущение и Костя — были понятиями, диаметрально противоположными. И она еще, пожалуй, никогда не видела его таким… Дашка рассмеялась. Ну, не могла она сдержаться — это правда было смешно. Костя насупленно отвернулся. Ставр непонимающе повел бровью, и Дашка пояснила, задыхаясь от смеха:
— Сцена была довольно… сексуальной. С какого-то перепуга Герман решил испытать меня таким образом. А я, как всегда, поддалась на провокацию.
— И у тебя отлично это получилось, — заметила вернувшаяся с чайником Люба.
— Ты в своем уме, Дашка? Вы там кино снимаете или порно-фильм?! — вскочил Ставр.
— Ты все не так понял, — улыбнулась Люба, обнимая мужа двумя руками. — Там ничего такого не происходит… Просто уникально чувственная игра.
— Вы меня доконаете, — снова осел на свое место мужчина. Дашка прыснула в ладошку, хотя на самом деле было далеко не смешно. Знал бы Ставр, какое кино с нею в главной роли снимал Керимов. Домашнее видео, которым шантажировал ее долгое время, подчиняя своей воле. Ну, вот… Опять перед глазами раскадровка из прошлой жизни. Эта боль ее никогда не отпустит. И тут же в голову пришла неожиданная мысль — а может ли она стать сильнее? Ну, вот чего она боится? Новых горестей, разочарования… Но ведь это все и так её преследует. Вырывается из-под контроля, чем бы она ни занималась. Так, почему бы не попробовать? Еще один раз. Не получится — ну и пусть. Ей всегда будет куда вернуться. Что-что, а это Дашка уже усвоила.
— Дашенька, попробуй. Правда. Это твое призвание. Это твоя роль. Банально, но лучше жалеть о том, что сделала, чем об упущенных возможностях.
— Мам Даш, ну, давай, а? Прикинь, как круто — моя мама — суперзвезда!
— Нашел мне звезду, — улыбнулась Дашка, поднимаясь со своего кресла. — Ладно, пойду, хоть гляну, о чем вы толкуете…
— Ура! — подпрыгнул Ян.
— Рано радуешься. Вдруг мне не понравится то, что я увижу?
— Это невозможно, — твердо заметил Костя. — К тому же, в кинозале сейчас сеанс для отдыхающих.
— Что показывают? — поинтересовалась Дашка уже у самых ступеней.
— Какой-то боевик. Все, как ты любишь. Одной рукой герой стреляет в бандитов, второй обнимает трепетную даму.
Дашка хмыкнула, подняла над головой руку с оттопыренным большим пальцем и сбежала со ступенек. Они с Костей друг друга поняли. Все остальные, очевидно, удивились. Ну и пусть. К домику Германа добежала в рекордные сроки. А ведь еще час назад еле ноги переставляла. Постучала отрывисто в дверь, не давая себе шансов передумать. Он открыл не сразу: