— …держится целиком и полностью на магии. Да, я знаю.
Тот кивнул.
— Именно.
— И что же мне теперь делать?
— Учиться, — просто ответил Дамблодор
— Что? — я ошарашено посмотрела на него
— Я так понял, вас, мисс Грэйнджер, очень увлекает обучение — вы очень любите учиться и стремитесь сдать больше СОВ. Так какая разница, в семидесятых или в девяностых вы это сделаете?
— К–к–как? Н-но ведь там все мои друзья!
— Мисс Грэйнджер, — мягко начал Дамблодор, — если вы не будете вмешиваться в события, идущие своим чередом и не пытаться у кого–то до конца жизни остаться в памяти, то когда вы вернетесь в девяносто пятый, ваши друзья будут такими, какими должны быть.
«А он в чем–то даже прав…»
Я судорожно вздохнула.
— Хорошо.
— Да, я смотрю, вам будет очень хорошо на Гриффиндоре, — добавил директор, смотря на эмблему дома Огня на моей мантии.
Тут зашла Минерва МакГонагалл.
— Альбус, я дико извиняюсь…стоп, а это еще кто?
— О, Минерва, не волнуйтесь! Это новая студентка, которая будет учиться на вашем факультете — Гермиона Грэйнджер. Она из школы, которая, так сказать, продвигается вперед (тут он усмехнулся).
— Вот как? Если это моя студентка, тогда, Мерлинова борода, почему она здесь а не на уроке Истории магии, который начался уже как десять минут назад?
Я вскочила.
— Да!?
— Да, — поджав губы, подтвердила декан Гриффиндора — идемте, мисс Грэйнджер.
«Хорошо, что третьего сентября тысяча девятьсот девяносто пятого года у нас должна была быть История…», — размышляла я, идя за МакГонагалл по коридору.
— Вот мы и пришли.
МакГонагалл зашла, я — за ней. Бинса еще не было, однако головы студентов тут же развернулись на скрип двери.
И вот он — Бинс — вплыл в комнату через стену напротив.
— Профессор Бинс, факультет Гриффиндор имеет пополнение в лице новой студентки, — громко произнесла МакГонагалл.
— Хорошо, пусть она сядет с мистером Люпином, — немного рассеяно ответил Бинс.
Только я села и вытащила перо, чернила и пергамент, Бинс забубнил. Я быстро строчила за ним.
Весь урок ощущала на себе любопытные взгляды…то еще удовольствие! Кто–то бесцеремонно показал на меня пальцем, чуть не ткнув в глаз. Я еле удержалась от того, чтобы не зашипеть, как рассерженная кошка.
Краем глаза я наблюдала за Люпином. Тот постоянно бросал укоризненные взгляды на тех, кому «нечем было заняться», как он тихо себе сказал.
— … и того: домашнее задание заключается в том, чтобы написать сочинение в три фута длиной и величайших открытиях ученых, которых я упомянул и найти дополнительную информацию о последних. Все свободны, — объявил Бинс, стоило грянуть колоколу.
Я прилежно записала домашнее задание и вышла наружу, топчась на месте.
Топтаться пришлось недолго. Вскоре ко мне подошла МакГонагалл и я объяснила ей, что на Прорицания не пойду ни за что. Вместо них у меня шла Нумерология, вторым после обеда Маггловедение и третьими Древние руны.
Следующим должна была быть как–раз–таки Трансфигурация. Профессор МакГонагалл была как всегда строга и справедлива.
— Итак, сегодня превращаем чайник в черепаху. Знаю, сложно. А вы что хотели? У вас СОВ на носу! А это, между прочем…ох, мисс Грэйyджер, простите!
Я обрадовалась, что она все–таки заметила, что я стою в дверях, не зная, куда сесть.
— Садитесь к мистеру Люпину…да–да, сюда!
«Что, опять!?» — немного ужаснулась я, но с Люпином села
МакГонагалл, объяснив способы превращения, принялась ходить между рядами и поправлять учеников.
Только она повернулась спиной к ряду, за которым сидела я, то ко мне тут же повернулись с передней парты две головы.
Одна, полная любопытства и, даже с каким–то хвастливым огоньком в глазах, лохматая и с черными, как смоль, волосами. Круглые очки оправляли глаза.
Другая, с уже отращенными волосами, живыми глазами…
— Новенькая? — ухмыльнулся Джеймс Поттер.
— Нет, старенькая, — огрызнулась я.
— Грубить не надо, — предостерегающе сказал Сириус Блэк.
— А то что? Превратишь меня в черепаху? Отвернитесь и работайте! — строгим голосом сказала я.
Как ни странно, последние слова я произнесла одновременно в профессором МакГонагалл, которая уже подошла к нашим партам.
— Поттер, Блэк, вам не кажется, что новенькой ученице нужно дать освоиться, а не загружать ее своими дурацкими идеями? — разозлилась МакГонагалл.
Те отвернулись, но только МакГонагалл отошла, из их стороны донеслось «Превратишь меня в черепаху?» и смешки.
Я фыркнула, произнесла заклинание, и мой чайник обратился в черепаху.
— Вот это да! — прошептал Сириус, ткнув локтем Джеймса.
— О нет! — отчаянно забормотала я, — она же морская, а должна быть обычной!
Джеймс Поттер хмыкнул и отвернулся, с заметной чуть завистливой ухмылкой.
— Мисс Грэйнджер, вы умница. Десять баллов Гриффиндору, — чрезвычайно довольная объявила МакГонагалл.
Следующий чайник сделал черепахой Римус Люпин, а после Северус Снегг.
Прозвенел колокол.
— Так, внимание! Домашнее задание следующее: попрактиковаться над превращением. Тем, кто сделал на уроке… Пожалуй, ничего. Вы тут хорошо поработали.
Те, у кого черепаха давно ползала по столу, возликовали, а после вышли из класса.
Я собрала сумку и направилась к выходу.
— Эванс, у нас сейчас что? — небрежно спросил Поттер.
Девушка с шикарными рыжими локонами презрительно посмотрела на него.
— Поттер, я тебе не расписание. Если так надо, потрудись открыть сумку и достать пергамент, где все написано!
Тут она увидела меня и, снисходительно улыбнувшись, подошла.
— Привет. Я Лили Эванс. А ты..?
— Гермиона Грэйнджер, — подсказала я.
— Да, точно, — она покосилась на Джеймса, — такой напыщенный петух, что прямо слов нет!
— У вас и правда сейчас Прорицания? — спросила я, доставая из сумки расписание, которое мне дала МакГонагалл перед Трансфигурацией.
— Да.
— О, тогда пока. Мне на Нумерологию.
И я, не дождавшись ответа, убежала.
Глава 2 — Отголоски прошлого(или просто — «Первый день»)
Нумерологию вела профессор Вектор — как раз та, которая вела ее в то время, как я была туда записана в девяносто третьем. В целом, урок прошел очень неплохо. Я заработала десять баллов для Гриффиндора. А встреча со своим факультетом меня подстерегала на следующем уроке, на Зельях.
Я в одиночестве спустилась в подземелье. Ребята с Гриффиндора и Рэйвенкло моего курса столпились у кабинета. Стоял невыносимый шум, пахло чем–то паленым. Кто–то бесцеремонно толкнул меня, и я резко врезалась в каменную жесткую стену. Морщась от боли и от кошмара, что здесь творился, я решительно направилась к двери кабинета, желая выяснить, в чем дело. Что же, стало ясно, откуда несло паленым: из щелки между полом и дверью валил густой вонючий дым. В нем угадывался спирт. Я закашлялась и замахала рукой перед лицом, желая отогнать этот дым.
Тут из кабинета выбежал сам Слизнорт. Каждый его глаз был размером с галлеон; волосы стояли дыбом; сам он, весь чумазый и перепачканный объявил, что сдвоенный урок Зельев отменяется по техническим неполадкам, а после скрылся за дверью.
«Ха–ха…в Хогвартсе нельзя использовать технику…» — подумала я — «И учителю, тут преподающему, нужно это знать, как некому другому. Или хотя бы знать, что говоришь»
По подземелью пронеслись победные возгласы.
— Здорово, да? — говорил Сириус Джеймсу
Я, по несчастью оказалась рядом с этими двумя…
— Естественно. Спиртная шипучка имеет просто взрывной эффект, — хвастливо произнес Джеймс, выделив слово «взрывной» — я специально сегодня ее подбросил ему в котел!
Я не выдержала. Мой гордый характер и ненависть к срывам в дисциплине заставили меня направиться к ним.
— Ты что, с ума совсем сошел?! Если она спиртная, то мало ли что могло случиться!
— Грайжер, отстань, — отмахнулся Сириус
А вот это уже выше моих сил!
— Во–первых, запомни: не Грайжер, а Грэйнджер. Во–вторых: для тебя — мисс Грэйнджер.
— Ой, а ко мне это тоже относиться? — в притворным испугом спросил Джеймс
— Ха–ха! — язвительно сказала я — не туда ты свои мозги направляешь, Поттер!
Друзья переглянулись. Тут подошла Лили.
— Ну и что прикажешь с ними делать? — хмуро спросила она
— Это ты меня спрашиваешь!? — возмутилась я, скосив глаза на значок старосты — о, ну я тогда тебе отвечу. Я бы сняла пять баллов с Гриффиндора за хулиганство и еще десять, если не пятнадцать, а то и все двадцать — за порчу школьного имущества и за угрозу жизни учителя!!!
Лицо Лили разгладилось.
— А ты знаешь … Я так и сделаю! Считайте, что тридцать штрафных очков зачислено на Гриффиндор.
Это послужит вам уроком, — обратилась она к Поттеру и Блэку, а потом ушла.
— Что–то я сомневаюсь, что это действительно будет уроком, — пробормотала я и, бросив последний взгляд на двух друзей, направилась за Лили.
Из–за выпавших пустых двух уроков пятый курс Гриффиндора, не зная, чем заняться, лениво потянулся в библиотеку. Я прошлась вдоль трех длинных стеллажей и, нагрузив себя книгами, села за пустой столик в углу. За тремя высокими стопками меня совсем не было видно, потому я не удивилась, когда за моей баррикадой кто–то сел. Однако диалог этой компашки меня бы позабавил, пожалуй, немножко, если бы речь шла не обо мне.
— Нет, ну и откуда? Откуда она твое имя узнала? — полный непонимания произнес первый голос.
— Ты это у меня спрашиваешь? Да без понятия, — протянул второй.
— Помнишь, к ней подходила Лили? Она могла сказать, — сказал спокойный рассудительный голос.
— Вся фишка заключаться должна была в том, чтобы мы знали ее имя, а она наши нет! А так, как получилось, вышло совсем не интересно.
— Знаешь, Сириус, — усмехнулся второй. — ты тоже не очень–то блеснул познаниями в имени «Мисс Грэйнджер», — он голосом показал кавычки. По тону его ясно слышалось, что это его явно смешило. — Грайжер… Это надо было!
Послышался смех.
— Кстати, я недавно спер из Хогсмида из «Зонко» очень интересную книгу… — понизил голос первый
— С каких пор в «Зонко» продают книги? — удивленно поинтересовался третий.
— А это не обычная книга, Римус. Она того, кто ее откроет, бьет прямо по башке! Я самую толстую взял. Специально для Грайжер…
— Грэйнджер! — хором поправили его два голоса.
— Да чихать я хотел… можно подумать, что мне ее фамилия понадобиться. Так вот, я подумал, что можно будет ей дать «почитать».
Снова послышался смех.
— У тебя есть идеи, как это сделать? — поинтересовался Джеймс
— Ну… Думаю, да. Будет очень удачно, если ты подкинешь ей эту книгу.
— Я!?
— А кто, я что ли? Это ты у нас великий умник. Придумаешь какую–нибудь отмазку, если она тебя рядом увидит.
— Ну, если ты так просишь, то могу и подсунуть, — лениво протянул Джеймс.
— Отлично, — обрадовался Сириус. — нужно ее найти прямо здесь. Не думаю, что Грайжер…нет, не надо меня поправлять! Я не думаю, что она упустит момент посидеть в библиотеке.
Я тихо шмыгнула из своего укрытия и, взяв с собой пару книг, села у одного столика.
Я еле удерживала себя, чтобы не поднять глаза и не посмотреть, как продвигаются мои поиски. Вот послышались шаги. Тень накрыла страницы так что буквы не было видно. Я медленно подняла глаза.
— Поттер, уйди, свет загораживаешь, — с любезной улыбкой сообщила я, также постаравшись, чтобы в моем голосе звучал холодок.
Джеймс, очевидно, не был настроен различать и находить тонкости, а потому он не услышал моей ледяной нотки.
— Привет! — весело сказал он, пропустив мое замечание мимо ушей.
— Я что, не ясно выразилась? — теперь я даже не старалась сделать голос мягче.
Тот снова решил прослушать и уселся на угол стола.
— Знаешь, если тебе так хочется сломать что–нибудь, то выбери другой стол!
— Что читаешь?
Интересно, он меня вообще слышит!?
— Книги, — недовольно буркнула я и уткнулась в страницы.
«Хорх Причудливый был единственным из магов, кто плыл на одной корабле с магловским мореплавотелем, Христофором Колумбом, и именно он направлял корабль в нужное направление. Причудливый был тогда не более, чем юнгой, а потому ему…»
— Да? Я вот тоже недавно одну нашел. Говорят… — он наклонился и заговорчески зашептал — что каждый прочтет в этой книге только то, что хочет прочесть.
— А знаешь, что еще говорят? Что тот, кто подсунет Грайжер книгу, которая будет бить ее по… как же там? Башке? Ну так вот, есть огромная вероятность, что тот, кто ей эту книгу подсунет, проходит с тыквой вместо головы.
Тот раздосадованно посмотрел в сторону и сделал странное движение головой. Я поняла, что он подал знак друзьям.
— С чего ты взяла? Я вообще–то хотел…
— Я знаю, что ты хотел. Ведь Грайжер никогда не упускает случая посидеть в Библиотеке, разве не так?
Джеймс выглядел уже совсем несчастным.
— Ну так вот, слушай: я…
— Но…
Ненавижу, когда меня перебивают!
— Ц! — я вскинула указательный палец к губам.
— А…
— Ц!
— Так ведь…
— Молчать! — рявкнула я.
В библиотеке наступила тишина. Все обернулись к нам. Кто–то даже, поглядывая на меня и Джеймса, что–то чиркал на пергаменте. «Одно из двух: или зарисовывает, или записывает диалог» — решила я.
Я поднялась с места, закинула сумку через плечо, взяла в руки две книги и уже направилась к выходу. Я затормозила, когда уже хотела миновать Джеймса, и отступила на шаг назад.
— Кстати, ты знаешь, у меня есть весьма толстая книга, которая бьет тех, кто бывает слишком навязчив. Хочешь покажу?
Я подняла книгу и легонько стукнула ею Джеймса по голове, стараясь подавить желание не замахнуться посильнее.
«Надеюсь, теперь у него не будет желания надо мной издеваться»
Когда я выходила из библиотеки, то вслед мне летели смех и страдальческий стон Поттера.