Он снова затянулся сигаретой и посмотрел на хмурое дождливое небо.
— Блефуешь, — сказал он.
— А вам откуда знать?
Я действительно блефовал. Но эта ложь была произнесена мной с железобетонной интонацией и спокойствием. Он мог не поверить сейчас. Не сразу. Но после случившегося зерно сомнения точно посеяно в его голове.
И даже в текущий момент, если он и отмахивался от моих слов, то это не значило, что он в них не верил. Ишимору хорошо играл свою роль. И когда надо — с легкостью надевал ту или иную маску. Не зря же он так долго имеет чистое лицо перед народом.
Он снова залез в карман, после чего вытянул оттуда черный прямоугольничек и протянул мне. Снова визитка, но на этот раз абсолютно черная и гладкая. Без каких-либо надписей или символов.
Я осмотрел ее со всех сторон, но ничего не нашел.
— Поднесешь к огню и нагреешь. Не сожги. Там специальный реагент. От повышенной температуры проявится мой номер телефона. Мера предосторожности, если потеряешь.
Я кивнул головой. Неплохо придумано, ничего не скажешь.
Захотелось домой. Странная усталость навалилась на все тело, словно свинцом залили.
— Господин Кэнтаро?
Я перевел взгляд в сторону говорившего. Мужчина в полицейской форме. Гладко выбритые щеки, солнцезащитные очки-капельки.
— Да?
Он перевел голову.
— Господин Ишимору?
— Так точно.
— Как я вижу, у вас нет открытых ранений и вы можете передвигаться. Хорошо. Тогда, прошу, пройдемте следом за мной, мне приказано доставить вас в отделение.
— А разве нам не должны выслать эти запросы официальным письмом на почту? — спросил Ишимору абсолютно беспристрастным тоном.
— Должны, но, господин Ишимору, понимаете, дело очень серьезное и не терпящее отлагательств. Поэтому меня попросили доставить вас обоих прямо в отделение полиции. Пройдемте.
— Ну, раз не терпящее отлагательств, — сказал Ишимору и поднялся с машины скорой помощи.
Мне тоже некуда было деваться. Я предполагал, что именно так все и произойдет, что как только сюда приедут силовики и освободят заложников, нас самыми первыми попросят прямиком в «допроску».
Пройдя несколько десятков метров от банка, офицер открыл задние двери и по одному пропустил нас внутрь, после чего, захлопнув, сел на пассажирское кресло.
Шаря глазами из стороны в сторону, Ичиго осматривал площадку, на которой стояли вперемешку машины: полицейские, Специального Отдела и скорой помощи. Среди десятков или даже сотни лиц он искал тех, кого вывели из самого хранилища. Две персоны особой важности, которые ему нужны были в данный момент, как воздух.
Острая необходимость выяснить кто из них Избранник, чтобы понять в чем его сила и как с ним разобраться. Если он не будет враждебен, то, возможно, предложить объединиться, чтобы устранить тех, кто остался из Семи и действовал грубой силой.
Ичиго Кубо подошел к одной из медсестер и спросил ее, видела ли она двух мужчин, которых выносили на носилках. Один был в костюме, говорил он, а второй коротко стриженный молодой парень.
Медсестра активно закивала головой. Конечно она помнила их, потому что именно она опрашивала того самого парня. Она сказала, что у него был очень уставший и измученный вид, а еще озадаченный взгляд, словно он постоянно о чем-то думал. Но, вероятно это сильный стресс.
— Где он сейчас, не знаете? — спросил Ичиго.
Медсестра отрицательно закивала головой, мотыляя ей из стороны в сторону.
— Нет, господин. Тут было так много людей, которых требовалось осмотреть. Я оставила его у своей машины, но, когда я вернулась, его уже не было.
Ичиго выругался. Ему не нравилось, что оба подозреваемых пропали прямо чуть ли не с места преступления. И когда о «подозреваемых», речь шла совсем не о грабителях, один из которых уже почил в бозе, а второй уже ехал с поломанными ребрами в отделение экстренной хирургии.
В наушнике раздался негромкий звук, который свидетельствовал о том, что с ним пытались связаться. Ичиго прикоснулся пальцем к уху, а второй рукой взялся за рацию.
— Ичиго Кубо, — сказал он.
— Да-да, — говорил его приятель из полицейского участка. — Скажи мне, ты не видел, где наша вторая машина?
На моменте, когда мы съехали с основной трассы и начали двигаться по окружной — я напрягся. Изначально я подумал, что таким образом офицер решил объехать возможные образовавшиеся пробки из-за инцидента в банке. Но на моменте, когда мы свернули на обочину и машина остановилась — мой мозг отчаянно стал колотить тревогу.
Ишимору, у которого явно раскалывалась голова после удара корпусом пистолета по затылку — явно не следил за тем, что происходит. Когда машина остановилась, он открыл глаза и оторвал голову от холодного стекла.