Степан кивнул, повернулся к окну, перехватил половчее карабин, и уперев ложе на подоконник прицелился.
Я смотрел в окно, на ползущее нелепое существо. Меня отпускало. И может быть оттого, что я за время стрельбы в комнате слегка перегорел, мне даже не было ненавистно, то что ползло внизу.
"Спросил Индра у брата: Что же ты сделал со своими детьми, Вритра? - начал я повторять про себя выученные в отрочестве строки - Почему они теперь не могут выносить света солнца?".
Рядом бабахнул выстрел, - крыло ползущего внизу ночного разорвалось как ветхая тряпка.
Звонко покатилась по полу стрелянная гильза.
"На что употребил ты силу своего семени? Почему у одних из твоих детей глаза красные как кровь, и конечностей числом больше четырех? Почему другие обросли щупальцами, будто клубок змей. Почему их слюна разъедает все на что попадет?".
Снова бахнуло, - и хэншан забарахтался на месте, как приколотый к земле жук.
"Зачем твои дети забивают и диких людей, и моих сыновей как скот?! Неужели в этом теперь твоя справедливость?!". Так я когда-то вычитал в книге деда. Тех, легендарных ночных создал Вритра, потерявший разум от горя. Но этого, который барахтался на земле, вывели гораздо позже. Вывели люди, отыскав старый генетический материал практически вымерших ночных. И у этих замечательных ученых в белых халатах не было известных имен. Они повторили то, что когда-то сделал древний бог. И какой из этого можно было сделать вывод? Что древний бог был так же глуп как обычные люди? Или что люди в своей злобе и глупости подобны древним богам?
Еще выстрел, - тварь будто обмякла, провалилась в себя, неловко подломив конечности.
Я повернулся к в комнату.
Петр шмыгая носом, неловко но старательно, бинтовал плечо Василию, раскачивая того наложением каждого оборота бинта как неваляшку. Василий медленно болтал головой, все еще сжимая в руке свой золоченый пистолет с затвором вставшим на задержку. Хороший пистолет, хоть и в хохломе, - "Явуз-16", где-то в Анкаре их вроде бы делают... Весь магазин расстрелял как с куста, комнате будет нужен ремонт.
- Все? - спросил Василий.
- Сейчас спущусь, сделаю "контроль", и все, - кивнул я. - Если только вам не пришлют еще пачку... Этих лучше сжечь. Оттащить крючьями подальше от дома, и запалить. Вам обязательно нужна скорая, - они под ногтями не чистят.
- Откда ж такая дрянь? - Подал голос от окна Степан.
- От нас самих. - Буркнул я. - Все что они умеют, в них заложили люди.
***
Вертолет болтался и громыхал пластиком. Я сидел развалившись на скамье и мечтал как попаду домой, - в душ, да краем уха слушал новости местного радио бубнившего из динамиков. Новости были не ахти. В Австралии лютовала эпидемия, Мексиканский Королевский Картель десантировал с воздуха аэромобильную бригаду на несколько предприятий по производству Ванадия и Молибдена на территории "Фар Вест Репаблик оф Америка" в Колорадо. Поскольку мексиканские спецы действовали по контракту с одним из акционеров тех самых захваченных предприятий, выходило что речь идет о конфликте двух рассорившихся собственников... Там же недалеко, в Денвере шла демонстрация национальных англоязычных меньшинств, которые не хотели читать вывески на испанском... В балтийском море взорвалось судно-газовоз - долбануло так, что вместе с газовозом исчезли и два корабля охраны и все стекла в домах на побережье. Судя по тому что судно не успело дать никаких сигналов, это было не нападение, а диверсия... В Варшаве организация "Сарматская шляхта", выступающая за традиционные ценности, взяла на себя ответственность за направленный взрыв в приватном кабинете столичного ночного клуба, где погиб директор крупной киностудии со своим очень юным другом. Мир жил в обычном ритме.
Вертолет подлетал к Питеру, но не было видно ни лент улиц, ни кварталов домов. Низкая облачность лежала над внизу белым ватным покрывалом, и я видел свое местоположение в воздухе только по отметке на электронной карте. Впрочем, я знал, что при хорошей погоде видел бы внизу торчащие из воды здания старого города, медленно превращающиеся в груды осыпающегося камня. И мощный купол Казанского собора с повыщербленной дугой колоннады, возвышался бы над гладью воды как рукотворный утес, как галлюцинация из фантастического сна, - храм еще держался наперекор зимним морским бурям, методично подмывающим захваченные дела рук человеческих... Уровень мирового океана поднялся. Вода из Балтийского моря подошла к Питеру, скрыла его улицы, спокойно обняла дома, и ушла дальше, чтобы соединиться широким заливом с Ладожским озером. Северная Пальмира исчезала так же как сотни прибрежных городов до него...