- Фратер де Гратиа? - Уточнил голос.
- Можно и так сказать, если использовать латинский устав... - Я облизал пересохшие губы. - И если вы знаете, что это значит, то должны понимать, что варяги своих не...
- Я знаю, что это значит. - Чуть возвысив голос перебил меня мой невидимый собеседник. - Ты нарушаешь правила. Придется тебя наказать. Секатором.
- Не надо. Извините.
- Это было первое и последнее предупреждение. Расскажи о операции "Глубокий сон".
- Что? - Нелепо перепросило я.
- Операция "Глубокий сон".
Такого я действительно не ожидал. Действительно не ожидал. Дед...
Думал ли я, что эта история когда-нибудь всплывет?
- Это... Это было почти десять лет назад. - Забормотал я. - Это мертвая история. Операция провалилась...
Я бубнил, а сам лихорадочно соображал, - что я могу, что имею право сказать. А о чем должен молчать наглухо. Я был варяг, - пусть даже принятый со скрипом "брат из милости", а не полноценный "боевой брат". Но все же я был Варяг, - плоть от плоти и дух от духа. И по идее выходило так, что я должен был молчать обо всем, - потому что на всю операцию "Глубокий сон" был наложен обет молчания самим главой Держиславом... Да, должен я был молчать, и забыть, и не вспоминать никогда. Только вот... не предполагалось, что об этой операции будет знать хоть кто-то за пределом узкого круга варягов, большая часть из которых на сегодняшний день была уже мертва...
- Расскажи, в чем была её суть. - Задал вопрос голос.
"Твою медь!" - Я откинул голову и уперся головой в подголовник. Ткань на лице неприятно скользила по коже. Надо что-то говорить. Надо...
- Я был совсем пацаном тогда... Мой учитель - Глеб Владимирович Клевцов. Он был не последний человек у варягов. Но на тот момент он был... в опале.
- Да, та неприятная история с детьми в учебном центре, - любезно дополнил меня голос.
- Откуда вы?!..
- Продолжай рассказывать. И помни, ты не даешь нам информацию. А только дополняешь. Поэтому врать не имеет никакого смысла.
"Врать не имеет никакого смысла"... Я не должен верить ему! Именно в этом и состоит его задача: - убедить меня что он и так знает все. И тогда я сам начну выкладывать ему все, - на тарелочке. Но он и правда знает чертовские много! Он знает то, чего не должен знать никто, кроме высшего эшелона варягов. А он не варяг. Я знаю это. Потому что я слышал вот это "повинуюсь". И еще запах, - даже через мешок, едва уловимый запах... Мерзкий их запашок... И все же он знает слишком много. И как тогда врать и умалчивать? Я ведь спалось на вранье. Я как на минном поле без карты. И каждый шаг может вызвать взрыв.
Я в дерьме.
- Он был в опале, но сохранял обширные связи. - Пробубнил я. - У него была своя идея...
- Не надо пауз. Какая идея?
- Он... он верил...
- Он верил, что один из древних богов, которого вы варяги привыкли считать своим прародителем и патроном - жив. - С нарастающим раздражением отчеканил голос. - Жив, но в древние времена погружен в гибернацию. То есть подвергнут глубокой заморозке с сохранением жизненных функций по технологии древних. Так?
- Да...
- Ты начинаешь меня разочаровывать. Не клещами же мне из тебя все тянуть? Хм, клещами... - Голос как будто впал в раздумье на последней фразе - Ну, дальше!
- Он верил, что сможет найти место захоронения. Долгие годы он искал.
- Как искал?
- Как... ну... изучал старинные рукописи, документы...
- А еще?
- Э... манускрипты всякие.
- А еще?
- Старые карты. Изменение рельефа, береговых линий...
- Еще?
- Он правда много искал старые документы. Переводил. Делал анализ на компьютере...
- Я тебя не об этом спрашиваю. Линия крови. Твой дед верил, что у варягов с неразмытой, непрерывной линией крови, ведущей к вашему древнему прародителю, может быть психическая связь с ним. И эта связь, которая проявляется под гипнозом, может указать путь. Так?
- Черт... да.
- И твой учитель Глеб Клевцов, - известный среди своих как "Клевец", верил что у тебя достаточно чистая линия, чтобы привести его к цели.
- Вы и правда все знаете... - Выдохнул я.
- Я знаю. А вы врешь.
- Я не вру.
- Пытаешься не договаривать. Это одно и то же. Не умно. Я ведь предлагал тебе честную сделку. У тебя был шанс обойтись без увечий. А ты ведешь себя так, будто у тебя есть запасные яйца. Ну а теперь, - начнем пожалуй с ног...
Я услышал шум отодвигаемого стула.
- Не надо! Пожалуйста! - Взмолился я. - Я действительно... Я больше не буду! Но откуда я мог знать, что вы так информированы? Я вас недооценивал.
Что-т скрипнуло, но по-другому. Похоже он присел ближе ко мне, на край стола. Но сел. А не пошел рвать из меня куски. Всем приятно, когда их недооценивают. А потом вдруг оценят. Я испуган. Подавлен его величием. Лесть с силой искренности - всем приятная патока, даже тем, кто не любит сладкое.