Я въехал в город в блаженном неведенье. Удивительно, что на подъездах еще не было патрулей и блок-постов. Видимо в тот момент операция - а вернее операции - по поимке, только начинала раскручиваться. Возможно, три организации не смогли сразу договорится как осуществлять контрольно-пропускной режим, когда каждый ищет человека для себя... Три четких военизированных структуры сейчас ворочались в городе, пытаясь выполнить задачу, и аккуратно толкая друг-друга локтями. - аккуратно, потому что все могло сорваться на стрельбу... И тем самым создавали хаос. Да... Соваться домой при таких раскладах - безумие. Они там все тройными хороводами ходят. У меня была еще одна городская заначка, - местечко, где я хранил кое-что на случай какого-то злостного нежданчика. Но при такой концентрации страждущих меня найти, я до него просто не доберусь. Новый город за стеной был цитаделью, - если бы я оказался там, выбраться было бы - без шансов. Старый город был дырявым, слишком много нежилых покинутых кварталов. Я еще мог уйти. Но куда? И что потом? У меня не было ни документов, ни денег, ни прикрытия.
Меня обложили.
Не знаю, сколько я стоял в том проулке. Рубашка, что дал мне парень из машины, была теплой, но дождик в конце концов пробил её своей моросью. Я поднял взгляд вверх, и глядя на узкую щель темного неба зажатого между домов, ловил лицом мелкие капли. Ночи шли на удлинение, но все-же были еще коротки. Скоро должно было светать... Надо было что-то решать.
За неизвестные мне прегрешения меня сдали все. А может быть не за мои прегрешения, а за какую-то цену. Но все же... был в городе человек, к которому я мог обратится. Идя к нему, я его подставлял. Но выбора у меня не было. Я верил ему. Вернее, я верил бы ему в любой другой ситуации, кроме этой. А как он себя поведет сейчас... Я узнаю.
Если конечно, я до него доберусь.
***
Я таки добрался. Все-таки я знал этот город, каждый его проулок, и каждую крысиную нору. Добрался, круговым окольным маршрутом, с промежуточной остановкой на окраине, в заброшенном жилом здании, уже недалеко от моей цели. Мне повезло, что я не встретил там ни бомжей, ни одичалых ночных. Город был велик, рулетка не выбросила мне ненужной встречи. Одежда обсохла прямо на мне. Закаленный организм не подвел, и не наградил насморком. Там, в здании с выбитыми дверьми и стеклами я даже нашел старый матрас, на котором перекемарил пару часов. Мне нужно было дождаться утра, - времени открытия магазинов.
К нужной мне двери я подходил с опаской. Это был мой личный контакт из детства, и о нем по идее не должен был знать никто. Но мало ли что... Там, за дверью меня уже могла ждать засада. И даже если нет, - как встретят? Как встретят... Стоять на улице было опасно, размышлять некогда, - я решительно толкнул дверь и вошел внутрь.
Открытая дверь задела закреплённую связку цилиндров-колокольчиков, и они запели чистым приятным звуком, извещая хозяев о посетителях. Звук из моего детства... Я вошел, и он тут же возник передо мной, выскочив из-за прилавка как по волшебству, - маленький, живой, ушастый.
- Здравствуйте! - Старательно затараторил мальчишка смело глядя на меня, - Добро пожаловать в магазин "Ловец"! Только у нас выбор лучших товаров для рыболовов, охотников, и военных профессионалов. Лучшее тактическое снаряжение самых известных мировых фирм обеспечит вам...
- ...Тактическое преимущество, - прервал я парнишку. Если бы не мое бедственное положение, я бы сейчас вытер слезы умиления; было ощущение, что я смотрю на самого себя в детстве, через какое-то волшебное зеркало. - Спокойно малец, не надо так разоряться. Скажи-ка лучше, - дядька Горазд здесь?
- Здесь, - шмыгнул носом мальчишка. - А где ж ему быть.
- Ты позови его.
- Ну, позови. А мне нельзя оставлять зал.
- А ты его кнопкой вызови. Которая там, внизу за прилавком, слева рядом с сигнализацией.
- А... А откуда вы знаете? - Отвесил рот мальчишка.
- Ты его вызови, и дай мне пожалуйста какое-нибудь тактическое полотенце, чтобы я тактически физиономию протер. А то у меня уже рукава такие мокрые, что я только влагу размазываю. - Я осмотрелся и повернувшись к застекленному стеллажу присвистнул; - Отец небесный! Этот нож за все годы так никто и не купил...
***
Он был все так же пузат, может даже и прибавил. А рыжие косы усов совсем уж густо побило сединой, - окрас старого лиса. Вязь татуировки на бритой голове выцвела, и морщины, конечно морщины... Мы не виделись... да, чуть больше года, но у него уже был такой возраст, когда каждый год идет за три, а то и за пять. Старость, - это поезд который везет всех нас к финалу с ускорением.