- О, я не имею такой привычки. - Поднял руки Амос. - Просто максимально подробно постарался обрисовать ситуацию. Я считаю, что выгоднее для нас убить Карела, и оставить его тело гнить здесь, на стадионе. - Старик посмотрел на меня. - А как считаешь ты, партнер?
- А я считаю, что нам не надо этого делать.
- Есть какие-то аргументы?
- Он же твой человек.
- Он не мой человек. - Жестко отмёл Амос. - Он предатель, информатор, которого я заставил работать на себя шантажом. Он Каин, беспринципная скотина, который убил своего брата.
Я посмотрел на Русанку. Она безразлично едва заметно двинула плечами.
- Все равно, - я искоса глянул на Амоса. - негоже как-то...
- Почему? - Старик смотрел на меня, изучал, и это меня раздражало - ты же вольный охотник. Ты сам убивал ночных. Стрелял в них без предупреждения. Случалось?
- Это другое...
- То же самое.
- Я был у него на допросе. Он мог искалечить меня. И не стал.
- Это потому что я сказал доставить тебя живым и невредимым. Только поэтому. Трясся за свою драгоценную шкуру. А так, он бы тебя в отбивную превратил...
- Возможно. Но все равно. Негоже.
- Ну ладно... - Амос поднял свой коммуникатор, и позвал: - Фер, Джарвис - "осина".
Я увидел, как в шедшей к нам группе блондин слева от Карела замедлил шаг, и расстегнул кобуру.
- Карел! Беги дурак! - Крикнул я.
Вампир услышал, запнулся на шаге, обернулся, увидел блондина, - а может только дуло его пистолета - и сделал непроизвольный шаг назад. Последнее его движение. Пистолет блондина негромко хлопнул два раза, с глушителем этот звук был негромким, - и Карел разметав полы своего стильного плаща, будто крылья, повалился на старое поле. Блондин подошел, и выстрелили сверху вниз еще два раза.
Я развернулся к старику. Русанка уже успела переместится к старику за спину коляски.
- Ты...
- А, - Амос улыбнулся. - ты сентиментален Михаил. - Это хорошо. Значит не ударишь партнеру в спину.
- Зато ты сделаешь это очень легко.
- Ты мне нужен. Это бережет тебя лучше всех пустых обещаний и клятв. Сейчас ты злишься. Но за что? Я только устранил угрозу.
- Я злюсь... потому что ты якобы посоветовался со мной, а сделал по-своему.
- Я высказал свои соображения. Ты не привел в ответ веских аргументов. Эх, молодость... Ты сентиментален. Но теперь ты можешь себе это позволить, Михаил. Знаешь, для того чтобы один мог сохранять чистенькие руки, нужно чтобы у другого они были в грязи. Я не против если ты будешь чистеньким. Я позабочусь об остальном. Это и называется партнерство.
- Дерьмо...
- Так уж устроен этот мир.
Мы встретились с охраной Амоса, и пошли к центральному выходу. Спокойные парни с цепкими глазами. Из них выделялся только один, - своим расстроенным выражением лица. По одежде я узнал того самого снайпера, которого мы заставили сбросить его винтовку с верхнего яруса. Сейчас он нес свою подобранную винтовку на руках, будто раненного товарища, осматривал прицел, и огорченно цокал языком.
- Ты хоть знаешь сколько стоит эта винтовка, парень? - Горестно вопросил он, заметив мой взгляд.
Я оглянулся на поле, где в грязи и пыли остался лежать Карел, и ответил:
- Не дороже жизни.
***
И вот, наконец мы оказались в гробнице Перуна.
Это была дивная пещера, со стенами из белого непрозрачного льда, с ледяными колоннами сросшихся сталактитов и сталагмитов. Все это искрилось и переливалось стылыми цветами радуги на свету. Светился сам лед, свет шел и от стен и от колонн, и пещера утопала в мягком, рассеянном, переливчатом сиянии. Мы с Русанкой шли вперед. Быстрой тенью промелькнул по краю сознания вопрос - а где Амос и остальные? Но вопрос мелькнул и забылся, будто силуэт рыбы в глубокой воде... Я вел, почти-что тащил Русанку за руку. Скорей-скорей! Там - впереди долен был быть саркофаг Перуна! Мы поднялись по хрустальным ступеням, и - он возник перед нами неожиданно, будто из неоткуда.
- Тебе не страшно? - Вдруг спросила Русанка. - Увидеть живую Богиню?
- Бога, а не Богиню. - Привычно поправил я её, подходя ближе к саркофагу.
Как и все в этой пещере он был сделан изо льда. Огромный ледяной кристалл вырастал в центре залы на возвышении лестницы, будто трон в фантасмагорических царских палатах. А внутри, в центре кристалла застыла окованная, навеки схваченная ледяным монолитом фигура.
- Смотри-смотри! - Обрадованно закричала Русанка, показывая пальцем. - Видишь? Богиня!
Я поглядел по её указке, и увидел, что у фигуры, заточенной во льду, действительно видна основательная женская грудь. Вот оно как...
- Ты ниже-то, ниже погляди, - указал в свою очередь я.