Божественное растение учило их, а между тем строило новый космический корабль, на котором ученые должны были вернуться на Землю, чтобы проповедовать там слово марсианское. Крепления и обшивка материализовались из воздуха прямо у них на глазах — то был практический урок по использованию открывшихся перед ними таинственных сил природы. Невидимыми магнитными лучами улавливались в космосе атомы для нужных сплавов, в особых рефракционных слоях атмосферы под воздействием концентрированной солнечной энергии плавились и принимали желаемую форму металлы — корабль послушно обретал форму, словно бутылка, выдуваемая стеклодувом.
Вкусившие невероятных знаний и могущества сторонники марсианина загрузили на борт поразительные механизмы и устройства, созданные для них растением, и отправились наконец к родной Земле.
И вот спустя неделю после похищения тридцати пяти землян со стадиона Беркли в полдень на том же самом месте опустился корабль с марсианскими неофитами. Управляемый сверхискусным божественным растением, он без всяких происшествий легко, словно птичка, коснулся земли. И как только новости о его прибытии распространились, на стадион хлынула толпа. Любопытных и враждебных в ней было поровну.
Стилтон и его товарищи-ретрограды успели выдвинуть множество обвинений, а потому ученых во главе с Гейллардом и троих журналистов заочно объявили по всей Земле преступниками. Их появления ждали, и все правительства, опасаясь происков божественного растения, издали закон, воспрещающий ученым высаживаться где-либо на планете под угрозой заключения под стражу.
Гейллард и его соратники ничего об этом не знали; не ведали они и о том, с какой скоростью распространились по миру предубеждения против них, а потому спокойно открыли люк и приготовились выйти наружу.
Гейллард первым шагнул вперед и замер на верхней ступеньке металлического трапа, глядя вниз на пеструю мозаику лиц. На многих читались злоба, страх, ненависть и подозрительность, кто-то вопросительно пялился на него, раззявив рот, словно на циркового уродца. Грубо распихивая зевак локтями и раздавая тычки и затрещины, к кораблю пробирался небольшой отряд полиции. То тут, то там кто-то выкрикивал насмешки и угрозы, которые постепенно слились в единый хор, и хор этот буквально обрушился на экипаж корабля:
— Проклятые марсиане! Покончить с мерзкими предателями! Повесить тварей!
Большой перезрелый помидор полетел в Гейлларда и шлепнулся у самых его ног на верхней ступеньке. К крикам добавились свист, улюлюканье и шиканье, но сквозь весь этот бедлам отчетливо пробивался тихий голос, вещавший внутри корабля, — голос марсианина, долетавший через невообразимые космические дали:
— Будьте осторожны, не нужно пока выходить наружу. Доверьтесь мне, и все будет хорошо.
Услышав этот грозный голос, Гейллард шагнул обратно, и створки люка быстро закрылись за ним, как раз когда полицейские, спешившие арестовать экипаж, выбрались наконец из давки.
Гейллард и его собратья-ученые смотрели в иллюминаторы на искаженные ненавистью лица, и тут им было явлено удивительное могущество божественного растения. Вокруг корабля воздвиглась, как будто сойдя с небес, стена фиолетового пламени; она отбросила полицейских назад, вышибив из них дух, но не причинив им никакого существенного вреда. Фиолетовое пламя стало синим, зеленым, желтым, алым — долго-долго мерцала северным сиянием таинственная стена вокруг судна, и никто не мог к ней приблизиться. Отступив на безопасное расстояние, перепуганные и встревоженные люди молча наблюдали, а полицейские терпеливо ждали, когда подвернется возможность выполнить свой долг. Через некоторое время пламя побелело и превратилось в туман, и на этом гигантском экране, точно на исподе облака, возникли причудливые, похожие на миражи образы, прекрасно видные и ученым внутри корабля, и толпе снаружи. Перед ними предстал гигантский мозг богоподобного растения на фоне марсианского пейзажа, и собравшиеся в изумлении заглянули в огромные телескопические глаза, полюбовались бесконечными побегами и исполинскими вечнозелеными листьями.
Сменялись картинки. Стараясь поразить воображение толпы, марсианин демонстрировал ей свои чудодейственные силы и потрясающие возможности.
Один за другим мелькали кадры: зрители увидели долгую жизнь марсианина, многочисленные и непостижимые природные силы, которыми он повелевал. Растение показало им, почему жаждет заключить союз с Землей и какие блага воспоследуют от этого для всего человечества. Даже самый недалекий наблюдатель постиг божественное великодушие и мудрость могучего существа, его совершенную органическую природу и значительное превосходство в области наук.