Глава 53. Брайан
По закону сохранения Всемирного Равновесия после такой шикарной ночи обязан был последовать ужасный день. Я оплатил такси. Не самое дешевое удовольствие, но я виконт Эшфорт или тварь, дрожащая над последним песо? Я планировал переплатить в деньгах, но выиграть во времени и нервах. Местный общественный транспорт будил во мне глубинные рвотные позывы. Но, как показали дальнейшие события, не выиграл я ни в чем.
Пока я предавался грёзам о Келли и о том, чем, где и как нам еще заняться, таксист завез меня в глухую Хренпоймигделью. Старенький Рено127 встал посреди гор, в какой-то дыре без связи. На вопрос, что мы здесь забыли, водитель сказал, что хотел объехать участок, где начали строительство новой дороги. Объехали. На местных дорогах, где местами даже направление просматривается с трудом, и так трафик не балует. А в эту конкретную глушь вообще никто не ехал. Видимо, остальные объезжали авторемонтный отрезок более удобными дорогами. Наконец нам повезло, и в колее появился небольшой грузовичок, который дотянул такси до еще большей дыры, но обитаемой и с намеком на автосервис. Местный автомеханик первым делом спросил, какого лос кохонес мы тут делаем. Сервисом, понятное дело, там даже не пахло. Там пахло «маньяна, транкила!».
В дыре с автосервисом оказался телефон. Проводной. Я дозвонился до Мануэля. Он меня ждал, хотя и не очень надеялся, как я понял из разговора. Узнав название дыры, где я нахожусь, он деликатно поинтересовался, какого черта меня туда понесло. Его этот вопрос тоже интересовал, представьте?
Боже, храни Америку. Я ведь могу и не выдержать однажды!!
Через час мне, наконец, удалось выбраться на попутке. Но на этом злоключения не закончились. Где-то между «мы добрались до автосервиса» и «ура, прощай, суровый край» я обнаружил, что не взял свою джинсовую куртку. И бог бы с ней, за окном тропики. Если бы в ее кармане не лежало служебное удостоверение. Приехав на место, я минут двадцать доказывал на проходной, что это я, я, а не мой двойник. И что удостоверение всё равно уже юридическую силу потеряло. Мануэлю пришлось приложить весь свой столичный авторитет и врожденный дипломатический дар, чтобы меня пропустили.
Но потом началась следующая серия измывательств. Господи, неужели я не заслуживаю немного счастья просто так, без этих расплат, а? Разве я так много хочу?
Я морально готовился к тому, что из меня будут вытягивать детали происшествия сначала в воздухе, потом на земле. Заранее сцеживал яд. Копил на этот этап терпение и смирение. Однако все мои накопления закончились еще на этапе поломки автомобиля. Автосервис уже пошел из кредита, а на общение с коллегами у меня не то что терпения, у меня даже зла уже не хватало.
Когда телефон начал ловить сеть, мне пришло сообщение о пропущенном от Келли звонке. Я перезвонил, но дозвониться не смог. За окном стремительно темнело, а конец допроса, не могу назвать это по-другому, даже не маячил впереди. Я пару раз набрал номер, но телефон абонента был выключен или находился вне зоны действия сети. Видимо, разрядился. А легкомысленная француженка даже не догадалась его проверить. По моим представлениям, она должна была гипнотизировать экран в ожидании моего звонка. Но, видимо, у нее были более интересные дела. Эта мысль была неприятна. И я решил ее не думать, чтобы не начать крушить мебель в участке.
Выпустили меня только в восемь вечера. Разумеется, ни о каком возвращении по темноте на местном транспорте по местным дорогам в местных горах при местной криминогенной обстановке речи быть не могло. Я устроился в отеле. Еще раз набрал неверную блондинку, отковырял впечатавшийся в стену телефон, выдохнул. Мало ли? Может, украли у нее телефон? Отправил смс-ку, в которой написал, что выеду из Тунхи только утром, и лег спать.
Этот бешеный день наконец-то завершился.
___________________________________
127 - В Южной Америке нет ни одной местной марки автомобилей. Зато есть филиалы отверточной сборки практически всех мировых автомобильных брендов. В Колумбии наиболее популярными являются Рено и Шевроле.
Восьмой сон Келли
Переезд в дом дяди состоялся через день после праздника. Никто Апони рад не был. Разве что ее лишним рукам, которые были не лишние. Но, к сожалению, с руками шел рот, а это старшую жену дяди, тётю Вэнону, очень раздражало. Дом дяди был беднее. Циновки были старые, продавленные. Покрывала у домочадцев были поношены. На украшения, папины подарки, старшая жена смотрела с завистью, и Апони понимала, что не сегодня-завтра их потребуют как плату за крышу над головой и еду. А еще все в голос обсуждали поступок мам, которые выбрали вдовий дом, и что никто их теперь не возьмет в приличный род. А вторая дочь тети Вэноны, которую еще не посватали, тыкала Апони в лицо, что ее тоже никто теперь в приличный род не возьмет.