Фермер показал нам такие же заявления, подписанные теми, кто побывал на озере до нас. Их было двенадцать. Один из них, геолог, потеряв надежду выбраться наверх, написал завещание на коробке из-под сигарет. Другого по пути вверх охватила паника, и он почти двадцать минут провисел на веревочной лестнице, не имея сил продолжать подъем. Однако, судя по заверениям фермера, до сих пор ни один из спускавшихся не погиб. Фермер добавил:
— Пожалуй, придется и мне спуститься. Я полезу первым и буду тринадцатым по счету.
Мы сложили на грузовик оборудование: веревку, автомобильную камеру, бочку из-под бензина, две доски, магниевые факелы, фотооборудование, посадили Стефануса, мальчика из племени овамбо, и отправились в путь. Проехав несколько километров до невысоких холмов, мы втащили все вверх по каменистому склону метров на двести, до края большого и глубокого кратера, который был около пятидесяти метров в диаметре. Воронка шла почти вертикально вниз, постепенно суживаясь, и заканчивалась темной щелью.
— До озера около ста метров, — сказал фермер. — Вы не передумали?
— Конечно нет!
Сначала мы спустили на небольшую площадку бензиновую бочку, доски и автомобильную камеру — это будет наш транспорт для передвижения по озеру. С площадки их можно будет сбросить вниз. Мы крепко привязали к скале веревку и спускались по ней метров пятьдесят. Стефанус остался наверху. Если мы не поднимемся до заката, то он пойдет за помощью.
Первый этап был легким — можно было упираться ногами в стены расселины. Факелы, фотоаппараты, веревки болтались за спиной. Гибкая стальная лестница на вбитых в скалу металлических костылях уходила в пропасть. Внизу был мрак, воды не было видно. До берега озера оставалось больше пятидесяти метров. Фермер предупредил нас, что на лестнице недостает нескольких ступенек и ниже выступа на стене расселины лестница не закреплена и может сильно раскачиваться.
— Что бы ни случилось, — говорил он, — держитесь крепко. Второй не должен начинать спуск, пока я не буду внизу, а то лестница раскачается, и мы будем болтаться в воздухе. Я крикну, когда спущусь. Здесь эхо, слов не разберешь. Просто ждите моего оклика.
Он сбросил вниз бочку, камеру и доски, и мы услышали глухие всплески. Фермер обвязался веревкой и исчез в глубине. Через несколько минут, весь в поту, он опять поднялся на площадку.
— Веревка тонка, — сказал он. — Зацепилась за что-то, когда лестница начала качаться. — Поправив ее, он снова полез вниз. Десять минут напряженного ожидания, и мы услышали его крик. Вниз отправился следующий, опять долгие минуты ожидания, и так друг за другом мы вчетвером очутились на берегу озера. Спуск занял сорок пять минут.
Я вел киносъемку и, конечно, двигался последним. Укрепив кинокамеру на спине, я начал спускаться в удивительный подземный мир. Когда глаза привыкли к темноте, я заметил, что вода в глубине мерцает каким-то необыкновенным голубоватым светом, отблески которого падали на высокий свод пещеры Аладдина, такой большой, что в ней свободно поместилось бы здание в семь-восемь этажей. Ближе к стенам с потолка пещеры свешивались колонны сталактитов, переливавшиеся фантастическими оттенками синего, зеленого, коричневого и красного цветов. Из глубины поднималась пелена теплого тумана, и от этого пещера казалась еще более сказочной.
Я остановился на небольшой площадке на полпути и осмотрелся. Света было достаточно: солнце стояло в зените. Скала круто спускалась в воду. В глубине пещеры отдавалось эхо голосов. Из-за сталактитовых колонн вылетели и начали кружить в воздухе летучие мыши.
Вода была странного голубоватого цвета, но очень прозрачная — озеро казалось бездонным; тепловатая и мягкая, без особого привкуса, она медленно двигалась к самой темной части пещеры. Возможно, озеро было связано с подземной рекой. По словам фермера, уровень воды в нем постоянно меняется. Мы соорудили «лодки» и, передвигаясь по воде то в них, то вплавь, начали кино- и фотосъемку, освещая пещеру магниевыми факелами. В глубине пещеры в сводчатом отверстии начинается канал. Может быть, это и есть выход из озера, ширина которого здесь около ста метров. Неподалеку находится еще один выход в канал. Мы с фермером заплыли в канал. Факел догорел, а зажечь следующий мы не успели. Нас охватила тревога: в кромешной тьме ни проблеска света, а мы в воде держимся за бочку-плотик с укрепленными на ней кино- и фотокамерами. Прошло несколько томительных секунд. Определять по голосам, где главная пещера, мешало эхо. Когда бензиновая бочка стукнулась о скалу, мы двинулись вдоль нее и скоро увидели слабый свет, проникавший в канал из пещеры. Мы спасены!