— Слушай, — окликнул он У Се, и искоса взглянул на свой живот. Он громко и отчетливо забурчал.
— Хорошо, — рассмеялся Наивняшка, — давай поедим. Толстяк славился тем, что в любой ситуации мог приготовить высококлассную лапшу быстрого приготовления. Достав из рюкзака газовую горелку, пакетики лапши кастрюлю и спички, он принялся колдовать. А У Се, прикрыв глаза, задремал — только сейчас он почувствовал, как устал.
Он стоял на вершине небольшой горы, всюду его окружал туман. Он чувствовал прохладу влажного воздуха на своём лице и запах травы после дождя. Вдруг из тумана к нему вышел кто-то… У Се откуда-то знал, что этот кто-то ему не враг. Наоборот, сердце неизвестно почему забилось часто и быстро, словно рвалось к этому человек. У Се в нетерпении сделал шаг навстречу и замер. Фигура была соткана из тумана вокруг, он не мог определить кто это, но его тянуло к нему. Где-то в глубине души тянуло тоской, словно он нашел давно потерянную часть себя, он чувствовал такую грусть, что на глаза наворачивались. Он ещё раз сделал шаг и вытянул руку, пытаясь коснуться призрачной фигуры, но не смог. Неожиданно туман пропал, и вместе ним силуэт незнакомца. Сердце на миг сжалось от потери. А затем он увидел длинный коридор гробницы, где заметил фреску с двумя мифическими существами, которые переплелись друг с другом.
У Се резко открыл глаза, дыхание сбилось, сердце колотилось. Запах лапши и газа ударил в нос, затем он увидел Толстяка, который напевая что-то, мешал палочками в кастрюльке лапшу. Сон? У Се провел по лицу рукой… Странный сон…
— Наивняшка, все готово, иди есть! — заметив, что тот проснулся, окликнул Панцзы. У Се кивнул и поднялся, подходя к походной кухне:
— Чем порадует нас сегодня наш шеф-повар? Он старательно запихивал подальше чувства, порожденные пригрезившимся.
— Лапша с соусом, господин У, — улыбнулся Толстяк, протягивая ему порцию.
— Ну что ж — приступим к дегустации, — с важным видом усаживаясь рядом с котелком, произнес У Се. Панцзы рассмеялся и больше на разговоры они не отвлекались, занятые вкусной едой.
______________
*Тай-цзун имя при рождении — Ли Шими́н (23 января 599 — 10 июля 649) — китайский император династии Тан.
6 глава
У Се направился в единственный коридор, выходивший из галереи, в которую они с Толстяком попали. Панзы следовал за У Се, освещая им путь. Коридор был узкий, мрачный и в нем неприятно пахло гнилью. Камни древней кладки покрылись мхом и плесенью. У Се слышал, как с потолка капает вода. Они шли и шли, казалось, они так и будут идти в темноте вечность. Толстяк кряхтел и что-то бурчал себе под нос, ругая узкие проходы и скользкие стены. Свет от фонарика плясал по стенам, но ничего интересного, кроме уже поднадоевшего мха, осветить не мог. Неожиданно коридор резко вильнул вправо, и они наконец выбрались из узкого пространства в небольшую галерею. У Се осмотрелся. Помещение было идентично тому, из которого они пришли. Разница была лишь в том, что вместо иероглифов на стене красовалась мозаика из цветного стёкла и мелких камней. Цилинь и Дракон сплелись друг с другом.
- Что это? - прошептал Толстяк, разглядывая изображение, - это что за чудовища?
У Се вздрогнул. Сон! Это было очень странно, но во сне он видел точно такую фреску! А ещё… Он скинул рюкзак и стал в нём рыться. Вот оно! У Се нашёл нужный отрывок письма, внимательнее вчитываясь в написанное, он ранее его просматривал, но не придал этому значения.
«…Мы попали в нижнею галерею. Вход в лабиринт завален камнями. Пришлось обходить, впрочем, японцы, похоже, и тут были. Нашёл банки из под консервов, вилку, и не работающий фонарик. Фреска на стене справа, изображающая единство Дракона и Цилиня, повреждена, кто-то аккуратно снял верхний слой…. Подземные воды поднимались и топили весь нижний ярус галереи - это обнаружилось по отметинам на стене. Закрадываются мысли, что тут до японцев ктото был, но с тех пор как он уснул, гробница стояла опечатанная. В очередной раз попали в тупик…»
- Когда он уснул? – тихо размышлял вслух Наивняшка, - о чем он пишет? Кто? Последний вопрос отчего-то казался самым важным, как будто это касалось его лично. В голове всплыла темная фигура из сна, а сердце вновь кольнуло тоской. У Се встряхнул головой, сосредоточившись на реальности, отодвигая мысли о сне подальше. Он вновь взглянул на фреску и почувствовал, как по спине прошёл холодок, единство Дракона и Цилиня? «Вот, что это. Глава писал, что она была повреждена, но сейчас… её видимо восстанавливали» - подумал У Се, затем перевел фонарик дальше.