Пришел Поверяющий. На сей раз не один. Его сопровождал человек, принадлежность которого к ООН ощущалась даже через запертую дверь. Поверяющий остался вместо меня на посту, а мы с Сопровождающим ушли в кабинет Директора. Вы догадываетесь, откуда я? — спросил Сопровождающий. Вижу, ответил я. Прекрасно, сказал он. Вам, очевидно, известно, кто такой ваш сменщик. В общих чертах, сказал я. Он пытается установить с вами контакты, не так ли? — спросил Сопровождающий. Мы изредка с ним встречаемся по службе, сказал я. А вне службы? — спросил он. Иногда, сказал я. В забегаловке, по поводу получки. И о чем вы разговариваете? — спросил он. О чем все говорят, сказал я. Обо всем. А конкретно, спросил он. Не помню, сказал я. Я не стремился запоминать. К тому же это обычно полупьяный сумбур. В нем нет никакой последовательности и связи. Хорошо, сказал он. Вот вам списочек вопросов. Я его оставлю вам. Постарайтесь ответить на них. Потом поставьте здесь свою подпись. И не валяйте дурака, вы же не младенец. Содержание ваших бесед со Сменщиком нам хорошо известно и без того. Мы вам даем шанс. Учтите, это — последний шанс. Утром я зайду к вам.
Потом позвонила Она. Сказала, что безумно скучает, но прийти не может. Грипп. Так что дней пять мы не увидимся. Потом я перелистал вопросник. Десять листов. На первой странице вверху напечатано: Я… (фамилия, имя, отчество, год рождения, партийность, национальность, место жительства, место работы) считаю своим долгом сообщить следующее о моих отношениях с… (фамилия, имя, отчество и прочие известные вам сведения). Затем все двадцать страниц — вопросы с левой стороны страницы, а с правой — место для ответов. В конце двадцатой страницы — место для даты заполнения и подписи. Более ста вопросов. Бог мой, каких только среди них не было! Что говорило упомянутое лицо о Заведующем, об ибанском искусстве, о внешней политике, о западном образе жизни, о Правдеце… Не замечал ли я, что упомянутое лицо занимается гомосексуализмом, спекуляцией, совращением малолетних, сочинением и распространением текстов… Вопросник меня заинтересовал, и я даже забыл на время, для какой цели он оказался передо мной. Данные интересующего Их лица — Сменщика — уже были впечатаны в анкету на машинке. Оказывается, он не такой еще старый. А выглядит как дряхлый старик. Любопытный документ, эта анкета-вопросник!! А что, если передать ее кому следует?! Вот шумок поднимется! А кому? У меня же никаких знакомств и связей. Сопровождающий сказал, чтобы я не валял дурака. Связаться с кем-нибудь Они не дадут. Это ясно. Ну что, многоуважаемый Правдец, как бы ты поступил на моем месте? Ходит слух, что даже ты в свое время кое-что подписывал. И что-то не слышно было, чтобы ты этот слух опроверг. Так как же? Вот я сейчас возьму и разорву эту анкету. И что? Поза! А для кого? Нет, на этом тоже только идиотов ловят…
Опять позвонила Она. Говорит, не спится. Говорит, думает о нашей будущей квартирке. Скоро отпуск. Может быть, вместе махнем на юг? Конечно, вместе. У нее блат в месткоме. Пара путевок гарантирована. Ну, не скучай. Целую, пока!
Зачем все-таки это Им нужно? Ведь человека нет давно, Одна тень осталась. А я? На что я им нужен? Кто я такой, с их точки зрения? Ничтожество. Полоумный. На что я-то им? Нужен, значит. Раз работают, значит, нужен. Самый трудный час, говорит Сменщик, не тот, когда ты ждешь приговора. Тут от тебя уже ничто не зависит. Тут выбора нет. Самый трудный час — это когда надо сделать выбор: или на эшафот, или домой в теплую кровать. И выбор зависит только от тебя самого. Верно! Но выбор-то приходится делать разным людям в разных условиях. И есть еще форма или способ сделать этот выбор. И цели. И тактика. Мне на Них, в общем, плевать. И что будет со мной — тоже плевать. И не из-за желания попасть в теплую кровать. Я не могу объяснить почему. Я мог порвать анкету. Но это — поза для литературы и для воспоминаний уцелевших. Дело, в конце концов, не в том, заполню я ее или нет, а в том, как я ее заполню, если буду заполнять. Заполнять ведь тоже можно по-разному. Уловка? Возможно. Без уловки нельзя. Без уловки тебя все равно раздавят как идиота. Уловка перед самим собой? Ну и что. Без этого не найдешь лучшего решения. С какой точки зрения лучшего? Все упирается в одно: чего ты хочешь! Пока я хочу выстоять, уцелеть. Не ради спасения своей шкуры. Я чувствую, что я могу Им подложить свинью.