«О народах» Клавдий Татиус
В усыпальнице стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь дыханием наших героев. Им было сложно поверить в то, что они видели перед собой. Как? Почему? Зачем? Этими вопросами они сейчас задавались. Сама Судьба привела их к Рассекателю. Но Александр не спешил прикасаться к клинку. Он с восхищением и одновременно с грустью взирал на своего великого деда. С детства Александр слушал рассказы о его подвигах, читал о нем книги, личность Серафима Рассекателя стала определяющей для его мировоззрения. Он хотел изменить этот мир так же сильно, как и его дед. Александр не почитал богов и не молился им, но в трудные моменты, когда что-то не удавалось сделать, он вспоминал о своем дедушке, и это прибавляло ему сил.
— Никогда бы не подумал, что, спасаясь от чудища, мы найдем тело Серафима и его меч, — удивленным тоном проговорил Юлий.
— Да, — кивнул Александр, — искали медь, а нашли золото. Тело моего деда должно быть похоронено в Гелиополисе.
— Конечно, мы должны вернуться домой с Рассекателем и его телом, — кивнул Юлий, — я счи…
Он замер на полуслове, поскольку неожиданно со стороны тоннеля послышались шаги. Кто-то медленно шел в их сторону.
— Кто это может быть? — нахмурился Юлий.
— Не думаю, что это та тварь. Шаги разумного.
Александр и Юлий приготовились к сражению. У них не было щитов или копий, но юноша взял в правую руку Рассекатель. Юлий же напитал свои кулаки духовной энергией, факелы они бросили около гроба, а сами встали в угол пещеры, чтобы их не было видно.
Клинок, которым так долго желал обладать Александр, оказалось приятно держать в руке, он не был тяжелым или легким, но весил столько, сколько нужно, будто подстраиваясь под хозяина. Хоть Александр этого и не видел, но от меча начало исходить едва различимое зеленое сияние.
Через полминуты в зал вошел человек в черном. На нем уже не было белой маски, да и одежда оказалась изорванной в нескольких местах, лицо казалось бледным, а из носа капала кровь.
— Откуда здесь тварь, по силе равная пиковому Святому?! — гневно произнес он, войдя в усыпальницу, — к тому же водная, ненавижу таких врагов! Хорошо, что и я кое-что могу с водой делать…
Вдруг незнакомец резко повернулся в сторону наших героев с безумной улыбкой, которая тут же сменилась удивленным выражением лица.
— Вот уж не ожидал встретить тебя здесь, Александр из рода Гелиоса, — изумленным тоном проговорил он.
— Ты знаешь меня? — нахмурился юноша. — А сам ты кто?
— Я? — тяжело вздохнув, незнакомец, изменяя свой голос, хрипло проговорил. — Я чеченец, меня звать Алан…
— Чеченец? — непонимающе переспросил Александр.
— Алан? — сильно удивился Юлий. — Впервые слышу такое имя.
— Шутка, — раскатисто расхохотался Первый, — мы с тобой похожи, я, как и ты, Александр, правда, не Гелиос, а всего лишь Краснобаев, да это и не род, а так…
— С Волжского архипелага? — услышав фамилию, предположил Юлий.
— Нет, я не местный, совсем не местный… — загадочно улыбнулся Краснобаев. — Впрочем, довольно разговоров. Отдай мне Рассекатель, я знаю, что он должен быть здесь. О! Так он у тебя в руке!
— Ни за что! — воскликнул Александр. — Я его нашел, и он по праву принадлежит мне!
— Эх, я так и думал… — с сожалением проговорил Краснобаев. — Мне нельзя тебя убивать, да я и не хочу. Но, похоже, придется применить силу.
— А ты сможешь? — дерзко выкрикнул Александр и бросился вперед.
— Это не твой уровень, не твой, — покачал головой Краснобаев, и из его тела вырвалась страшная сила.
Мощное давление мгновенно парализовало Александра, он сразу рухнул на колени. Юлий тоже упал, не выдерживая такой силы.
— Святая область… — пробормотал он, пытаясь пошевелить пальцами.
— Ты Святой! — воскликнул Александр, широко раскрыв глаза. — Вот так неудача!
Юноша попытался встать, напрягая свое тело до предела. Ему это удалось, но Краснобаев, закатив глаза, просто усилил давление. У Александра кровь пошла из носа, рта и ушей. Она пролилась и на клинок в его руке.
— Не упорствуй, малец, — с сочувствием произнес Краснобаев, приближаясь, — я не враг тебе. Я отведу тебя к твоей родне. Тебе не нужно беспокоиться. Просто отдай мне Рассекатель.
— Я не позволю тебе забрать то, что по праву мое… — прошептал юноша, стиснув зубы.