Все началось, как обычно, внезапно. Вначале подул сильный ветер, но никто не придал этому значения. Затем на миг Солнце будто померкло, а после по небу прокатился яростный рев. Перун нахмурился, осознавая, что происходит. На континенте боги всегда защищали простых смертных, закрывая разломы Бездны, ибо из них вылезали отвратительные чудовища. Эти твари не знали жалости, ими двигала лишь жажда разрушения. У них не было разума. Мало кто из порождений Бездны обладал им.
Все произошло очень быстро. После рева в небе появилась алая полоса, будто кто-то резанул его. Затем полоса расширилась и образовала портал. И из портала вылетели твари Бездны — абсолютно черные звери различной формы, с искорёженным видом. Руки могли расти не из тех мест, что должны, у кого-то было по восемь, семь и десять ног. Кто-то выглядел как черная сфера, кто-то как куб, а кто-то как настоящий зверь, вроде волка. У всех у них были горящие багровым сиянием глаза. Абсолютная чернота тела и багровые глаза.
Твари без промедления накинулись на мирных горожан. Это была катастрофа. Разломы происходят, как кажется, в случайных местах, крайне редко попадая на населенные пункты, тем более, такие большие. На континенте Благоденствия всего один раз за пять тысяч лет прорыв случился в городе. Когда боги прибыли, большая часть горожан была мертва.
Вот и сейчас Перун увидел, как порождения Бездны набрасываются на беззащитных людей. Всего за пару секунд были убиты влюбленная парочка и несколько гуляк. Одна из тварей своею острой рукой разрубила пополам мальчика лет десяти. Другая схватила его друга, но в этот момент сверкнула багровая молния, и в тварь влетел кулак громовержца. Перун не мог стоять в стороне. Он отбросил шляпу в сторону и вступил в бой. Небо заволокли тучи, и прогремел оглушительный гром. Багровые молнии сверкали на небосводе, без жалости разя тварей Бездны. Десятки чудищ были тут же испепелены.
— Да кем вы себя возомнили?! — взревел Перун, врываясь в толпу врагов.
Его покой нарушили презренные и неразумные твари, которые сеяли лишь смерть и горе. Громовержец был взбешен. Он бросался от одного чудовища к другому, убивая их с первого же удара. Жители Алкивиадики были потрясены. Вначале они оказались напуганы, ужас захватил их естество. Но страх быстро сменился изумлением. Они никогда не видели такой мощи. Перун был богом — богом грома и молний. И пускай никто не знал его, горожане легко согласились бы с его титулом.
Раскрыв рты, они взирали на бой, нет, на избиение тварей Бездны. Те ничего не могли противопоставить Перуну. Искрящийся громовержец, по телу которого бегали молнии, сотрясал небо и землю. От его ударов вибрировал воздух, и само пространство, казалось, готово было сжаться в любой момент. Всего за несколько минут Перун истребил несколько сотен, если не тысяч тварей Бездны. Среди них были как относительно слабые, так и очень сильные чудовища. Но самый страшный враг еще не показался. Когда убиваешь всех тварей, прорыв закрывается. Таковы обычные правила, хоть есть и другие способы закрыть разлом.
Однако уничтожив всех чудищ, Перун не увидел свертывания разлома. Вместо этого он и все жители Алкивиадики услышали жуткий каркающий смех. Из разлома показалась огромная черная рука, затем вторая и следом голова. Но не антропоморфная. Нет, это была змеиная голова. Тело как у человека, но голова змеи. Это чудовище было громадным. Росту колоссального и будто закрыло небосвод, накрывая город тенью. Тварь застыла в небе, впив свой взгляд в Перуна. Горящие красным глаза взирали на громовержца, и во взгляде этом читалась абсолютная ненависть и презрение. Перун превратился в молнию и появился прямо перед головой чудовища. Он без страха взирал на тварь, готовый броситься в бой.
— Ты убил всех моих рабов! — раздался шипящий голос чудища, такой силы, словно гром пророкотал.
— Я убью и тебя, тварь, — презрительно молвил Перун.
Внизу горожане с ужасом смотрели на нового врага. Его появление убило надежду, породив отчаяние. Страх вновь завладел ими.
— Надо бежать, пока есть возможность! — кричали они.
— Герой отвлечет его, а мы спасемся!
— Нет, он сразит чудище! — воскликнул кто-то из толпы. Это был мальчик, которого спас Перун.
— Что ты такое говоришь!? Никто не победит его!
— Если бы только господин Алкивиад пришел!
— Бежать бессмысленно! Все равно нам не уйти! — некоторые горожане совсем отчаялись, схватившись за голову, они дрожали и рыдали.
Тварь громогласно расхохоталась, услышав слова Перуна. Этот смех оказал еще более деморализующее действие на толпу внизу.