- Да, - ответил барон.
- Тогда прошу не отвлекать меня от работы.
- Всенепременно, - обозначил кивок головы Брейв, - помни, маг, провалишься – и за твоей головой прибавится охотников.
- Не пугай меня, барон, - процедил Световид, - прежде, чем ваши охотники за головами получат мою, им нужно будет до нее добраться. Я бы посмотрел, сколько ваших убийц проберется через полчища злобных духов и восставших из могил мертвецов. Нечисть – не люди, если не знать, как с ней бороться, можно жестоко поплатиться за самоуверенность.
- Мы следим за тобой, маг, - елейным тоном проговорил барон, после чего удалился из пещеры вместе с сопровождавшими его воинами.
Едва гости ушли, колдун вернулся к каменному столу, на котором лежал принесенный несколько месяцев назад воин. Когда ратники тайными тропами доставили несчастного в пещеру, тот был в плохом состоянии – кисть на правой руке почти отсутствовала, а сам воин часто впадал в забытье, зависнув где-то на середине Калинова Моста, разделяющего мир живых с миром мертвых.
Световиду удалось немного перетянуть дух обратно в тело, но часть души, хранящая воспоминания, так и осталась по ту сторону Смородины. Обряд, проведенный волхвом, сказался и на внешности воина. И без того бледная от потери крови кожа стало пепельно-серой, жилы в глазах лопнули от напряжения, превратив глаза в два кровяных шарика, а зрачки заняли всю радужку, сделав ее черной. Пострадавшую кисть пришлось заменить, прирастив с помощью чар латную перчатку, предварительно очищенную от грязи и черной крови упырей. Дыхание воина выровнялось, хоть и было не очень глубоким. Снадобья из трав сделали свое дело – тело перестало увядать, хотя прежнюю форму ему вернуть не удалось. Оставался последний мазок кисти – срастить тело и остатки духа.
Волхв произнес заклинание, и вся пещера озарилась лиловым светом. Лежащий на столе воин застонал, это значило, что срастить удалось, но связь по-прежнему была не прочной. Произнеся еще одно заклинание, Световид добавил в тело дополнительный, но слабый, разум. Он был способен лишь управлять мышцами и прочими жизненно важными частями тела. Но была у этого разума потайная лазейка, которую чародей, намеренно или нет, добавил туда – в случае, если разум начнет отклоняться от заложенного пути, «телесный» разум перехватит управление, отрезав дух от тела.
- По крайней мере, - проговорил Световид, - это не позволит ему напасть на меня или пойти против меня другим способом. Но об этом позже. Подопытный стонет все чаще и скоро должен прийти в себя.
Глава 1
- Так и запишем, - послышался голос, звучавший будто бы в пустоте, - дыхание выровнялось, картина дыхания положительная. Подопытный перенес все пробы и должен скоро прийти в себя.
Мечислав с трудом разлепил глаза и огляделся. Вокруг была полутемная пещера, стены ее заросли какой-то дрянью. Кое-где стояли чаши, в которых горел странный полупрозрачный лиловый огонь, отчего обстановка в пещере выглядела какой-то потусторонней. Юноша попытался сесть. Удалось это ему не сразу. Приподнявшись на локтях, он ощутил тепло. Оглядевшись в поисках его источника, он обнаружил небольшой очаг недалеко от того места где он лежал. Оторвав руки от лежанки, он попробовал пошевелить пальцами. Те послушались, но у Мечислава пробежали по спине мурашки, когда он услышал скрежет стали. Он снова сжал и разжал кулаки – скрежет повторился. Мечислав решил оглядеть свои руки: левая была его собственной, а вот на правой оказалась латная перчатка.
«Не припомню, чтобы в том сражении носил латы, - пронеслась в голове воина мысль».
Первое, что пришло Мечиславу на ум – от пальцев правой руки осталась только кровавая мясокостная каша, которая присохла к перчатке изнутри. Приготовившись к нестерпимой боли, юноша попробовал стянуть перчатку с руки.
- Я бы не советовал тебе этого делать, - раздался чуть дребезжащий голос неподалеку.
Мечислав замер, затем поднял голову и спросил:
- Кто ты?
- Тот, кто вытащил тебя и когтей смерти.
Раздались шаги, вскоре пред ним предстал пожилой мужчина в серой мантии и довольно длинным – в рост человека – посохом, увенчанным разомкнутым кольцом, в котором горел такой же лиловый полупрозрачный, как в чашах, огонек.
Мечислав оглядел хозяина пещеры. На вид ему было лет шестьдесят-семьдесят, голова не носила каких-либо признаков шевелюры. Глаза, белки которых покрывала тонкая, но частая сетка сосудов, были сине-зеленые, словно болото или «цветущее» озеро. Борода, когда-то, судя по всему ухоженная и уложенная в какой-никакой порядок, была всклокочена, и бесформенная. Глаза бегали, точно цепной пес, увидевший подошедшего к дому чужака.
- Меня зовут Ведомир, - наконец представился хозяин, - я отшельник, хотя живу здесь всего несколько лун.
- Здесь есть чистая вода? – спросил Мечислав.
- Хочешь попить? – спросил Ведомир.
- Хочу взглянуть на свое отражение.
- Это несложно.
Отшельник взял светлый поднос, провел перед ним рукой, и пыльный, уже тронутый ржавчиной поднос засиял, словно только что начищенный. Стало ясно, что отшельник был еще и чародеем.
Ведомир протянул юноше поднос. Мечилав подошел к ближайшей горящей лучине, посмотрел в поднос и оторопел.
«Я бы побледнел как смерть, если бы не был уже такого цвета, - подумал воин».
Лицо Мечислава действительно было смертельно бледным, вернее сказать – пепельно-серым. Всю нижнюю челюсть покрывала щетина. Но самым страшным были глаза. Если глаза хозяина пещеры можно было сравнить с глазами постоянно недосыпающего человека, то у него самого они выглядели так, словно он не спал самое меньшее пару недель. Они были темно-красными, и напоминали два кровяных шарика. Цвет своих глаз юноша не помнил, но теперь, каким бы он ни был, угадать его было совершенно невозможно – всю радужку занял разъехавшийся зрачок, словно икринка внутри кровяного шарика.
- Давно я здесь? – спросил воин, оторвав глаза от подноса.
- Уже три месяца.