Огромный письменный стол из клена занимал центральное место в комнате, он будто царил здесь – абсолютно свободный от бумаг, незахламленный, даже привычная семейная фотография не стояла на нем.
– Вы не будете кофе?
Это звучало почти как утверждение.
Люна покачала головой, и президент налил только себе.
– Итак, мисс Фергюссон, вы работаете в банке уже десять месяцев. Почему же мы не встречались раньше? – Президент озорно улыбнулся. – Вас прятали от меня сознательно.
Он дразнил ее. В глазах пожилого человека загорелся шаловливый огонек, и от этого он сразу помолодел.
Люна в ответ подарила ему такую обворожительную улыбку, на какую президент даже не рассчитывал.
– Ну и улыбка у вас, мисс Фергюссон. Вам надо сниматься в кино, а не торчать за столом, уставившись с утра до вечера в цифры, – скучное занятие… Зачем такой красавице банковское дело?
Люна спокойно приняла этот комплимент. Она знала, что за добродушной маской скрывается человек с безжалостным мозгом бизнесмена, знала и то, что он вот уже сорок два года женат на одной и той же женщине, что у него пятеро сыновей и в прошлом – бесчисленное количество романов. Некоторые даже скандальные.
Сидя перед президентом банка, Люна понимала, почему за ним тянется такая репутация. Даже сейчас, в семьдесят четыре года, он умел ухаживать за женщиной.
– Мне еще не было десяти лет, а я уже хотела работать в банке. На каникулах всегда ходила вместе с отцом в его банк и, как могла, помогала. – Она засмеялась. – Задним числом думаю, что очень мешала работать бедным девушкам – ведь я торчала там целыми днями.
Люна замолчала и переменила положение ног.
Клейтон бросил в ее сторону заинтересованный взгляд, но поза по-прежнему оставалась скромной, что его несколько разочаровало.
– Банковское дело всегда представлялось мне удивительно интересным – ни о чем другом я и не помышляла.
– Мой отец тоже водил меня в банк, только мне тогда было еще меньше – всего пять лет, если быть точным. Я был единственным сыном в семье и ненавидел все, связанное с банками. – Его лицо приняло задумчивое выражение. – Ведь я мечтал играть в бейсбол.
– Теперь у вас есть целая команда, – заметила Люна.
– Но играть самому – это совсем другое дело.
Люна почувствовала неожиданную симпатию к Спенсеру.
– Ваш отец – глава офшорного банка, если я не ошибаюсь?
– Да. Он основал свой банк в 1970 году, когда я была еще совсем ребенком. Сначала совсем небольшой – мы жили тогда в Сент-Винсенте на востоке Карибского района, а потом перевел его на Каймановы острова. Сейчас он владеет одним из крупнейших частных банков на Большом Каймане.
«И половиной острова», – мог бы прибавить Клейтон Спенсер. Но вместо этого он произнес:
– Ну что ж, Люна, вы показали себя в работе с самой лучшей стороны и за короткое время стали у нас, можно сказать, восходящей звездой.
Говоря это, он поглядывал в ее личное дело, лежавшее перед ним на столе. Люна зарделась от похвалы.
– Вижу, вы с отличием окончили Гарвардскую школу бизнеса. Прекрасно, – продолжал Клейтон Спенсер с явным одобрением.
Люна не могла отделаться от ощущения, что идет какая-то проверка и во всем этом есть своя цель. Она выжидала, затаив дыхание и не смея надеяться на столь быстрое повышение.
Президент банка ритмично постукивал пальцами по столу.
– Вы бывали в Европе, Люна? Сердце ее забилось сильнее.
– Да, один раз. Когда мне исполнилось восемнадцать лет, отец повез меня в Венецию и Рим. Это было чудесное путешествие.
– А в Лондоне вы бывали?
Люна отрицательно покачала головой, отчего коса перекатилась на плечо.
– Нет.
– Могу сказать, что там почти все время льет дождь, транспорт ходит как попало, холодного пива нигде не достанешь, жители настроены к иностранцам враждебно, и – главное – они не говорят по-американски.
Люна недоверчиво рассмеялась.
– Все это чистая правда, – улыбнулся в ответ Спенсер.
Когда она заговорила, в ее голосе звучал неподдельный энтузиазм.
– И все же мне хотелось бы туда поехать. Я столько читала и слышала об Англии!
Ее юный пыл был заразителен и говорил о радости открытия мира. На Клейтона Спенсера он произвел впечатление.
Президент банка захлопнул папку с ее личным делом.
– Добрая волшебница сказала Золушке: – «Ты поедешь на бал!» – А я говорю вам, Люна Фергюссон: – Вы поедете в Лондон!