Согласен. Вероятно так все и смотрится. Но перед боем люди ведут весьма странные разговоры. Говорят обо всем, кроме того, что их ждет прямо сейчас. И порой беседуют о вещах совершенно невообразимых, далеких и посторонних. Просто, чтобы обмануть собственный страх.
В прошлой жизни — во время службы мне как-то довелось в ожидании приказа об атаке слышать, как двое сослуживцев до самого последнего момента яростно, чуть не до драки — спорили о том в чьем городе вкуснее пиво. И это в преддверии штурма до зубов укрепленного села, полного ощетинившихся, злых и решительных бойцов, которое столичными холеными мудрецами из каких-то высших политических соображений было решено предварительно не бомбить, а по доброй национальной традиции тупо закидать пулеметные амбразуры самым дешевым мясом. Пушечным. Ну да: где большая политика, а где вшивые, замурзанные, простуженные до сипа пешки-зольдатики?
Один из тех спорщиков, кстати — так и не вышел тогда из боя своими ногами. Мы со вторым выволакивали его из зоны обстрела. Раненый оставался в сознании. И эти двое, как ни в чем не бывало — всю дорогу продолжали собачиться. Только теперь на тему: «какие девки круче». Впрочем, тогда меня это ничуть не удивило. Воспринималось вполне нормально. Секреты и выверты человеческой психики неисповедимы…
Ну а ранение было в живот и тот парень так и не добрался даже до операционного стола
Ладно это так — к слову вспомнилось…
Страх висит в ещё темном, едва-едва начинающем светлеть воздухе, как большая черная туча и мы болтаем о всякой ерунде, чтобы сделать вид, будто этой густой тучи здесь нет.
Данька с бережка постреливает в бойцов, собирающихся плотной кучей — обиженными мальчишескими глазами. Вчера вечером малой буквально изнылся и просто «достал» меня своими назойливыми просьбами пойти с нами!
— Эх, Данила вот ведь ты дурень — наконец не выдержал даже Шептун, — А знаешь — какая самая глупая мечта у всех без исключения подростков?
— Ну? — со всей высоты мудрости и цинизма своих бесконечно долгих четырнадцати лет, пацан заранее морщит скептическую гофру
— Как можно скорее стать взрослым! Хех! Навоюешься еще, дебилушка. Какие твои годы? Вон лучше иди девок на Майбахе покатай. Разрешаю. Только без фанатизма! Коня мне не испорти! Да и с девками тоже поаккуратнее, смотри…
— Хорошо. Спасибо тебе, дед Шептун.
— Дед!? Ну, ты, сука, наглый детеныш! Да я тебя сейчас…
…Все подтвердилось. Казнь состоится в озвученное Вотаном время. На рассвете. Как он там поэтически продекламировал: «алое пламя, крики, стоны, вопли и вороний концерт»? Мэрилин поведала, что на площади рабы действительно активно складывают дрова вокруг центральной композиции фонтана. Или как это правильно называется? Я без понятия, да и не важно это. В общем — прямо в его чаше.
Да — вот так. А Мишаня-то — просто настоящий эстет. Малость ошибся я с отсутствием эпатажа в его действиях. Не чужд он ему. Хоть сие и не слишком оригинально. Не нова идея, как мне кажется. Где-то подобное уже встречалось. Впрочем, ничего удивительного — все одни и те же фильмы смотрели.
Насколько поняла наша разведчица — Рул собираются поджарить или запечь в собственном соку прямо в железной клетке, подвешенной на колонну фонтана. И чего уж тогда сразу — прямо в фольгу не завернуть было?
Видать Мишаня и впрямь очень скучает, а так ему будет чем с утречка разогнать свой сплин… Медленная и мучительная смерть — а заодно и приманка для освободителей. Ну-ну… Ладненько — мы тоже поучаствуем, чтобы еще повеселее было. Внесем свой номер в программу концерта. Экспромтом и форс-мажором.
Марина предостерегающе уточнила, что на площади во время намеченного «огненного шоу»: «будут все»! «Горан, вам не пробиться».
Да я и сам о том догадываюсь. Мишаня не глуп и опытен. Уверен — он просчитал все возможные варианты нашего появления. В первую очередь — перенос портала прямо к месту казни. И появление из него нашего «гуляй-города». Ну и соответственно — у противника уже заготовлен достойный ответ и подготовленный к подобному развитию событий — «комитет по торжественной встрече». Какие-нибудь факельщики-поджигатели, средневековые «фаустпатронники» — для уничтожения нашего деревянного танка. Или здоровенные, защищенные щитами, демоны с баграми, чтобы зацепив нашу маленькую передвижную крепость за бойницы или еще как — оттащить её от арки, открыв незащищенный тыл. А там — навалиться всей массой и… Исход противостояния тысяч и трех десятков — заранее очевиден и ясен даже самому тупому обратившемуся. Допускаю даже, что всем зомбарям — ржавыми гвоздями-«сотками» строго-настрого вбита в бестолковки команда: брать нас только живыми.