Смотрю на неё почти беззлобно… Сам дурак! Повелся на смазливый лик ангельский. Как пацан-спермотоксикозник… Она права. Красота усыпляет мудрость и критическое восприятие. Это факт. Не зря говорится: самая красивая змея, как правило и самая ядовитая!
… «Я солдат — недоношенный ребенок войны
Я солдат — мама залечи мои раны
Я солдат — солдат забытой богом страны
Я герой — скажите мне какого романа…»
Ооо! О-о-о-о-о-о, у-е!
Я солдат: мне обидно когда остается один патрон
Только я или он…»*
Знакомый голос с хрипотцой из-за кустов — горланит сипло и немелодично, но с большим чувством.
Вслед за голосом показывается и его обладатель…
— Здорово, Горан! Давно не виделись. И все же ты не послушал моего доброго совета, дружище. Я ведь предупреждал тебя… Зря ты сюда вернулся.
Его насмешливые глаза сужаются до остроты лезвий. Думаю, что и мои сейчас не намного шире…
* гр. 5NIZZA
Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!
Глава двадцать пятая. Земля. Май
Вотан подьезжает не спеша. Также не спеша — двигаюсь навстречу.
— Неважно выглядишь. — я стараюсь держать фасон.
— Да и тебя жизнь не жалеет, как я посмотрю. С перевязанной башкой, а все бегаешь. — в тон отвечает он.
Не стесняясь и не скрываясь, пристально оглядываем друг-друга.
Он все так же, как тогда на плоту — очень старается выглядеть невозмутимым, бесстрастным и незыблемым как скала.
Все та же — защитного цвета милитари-кепка с длинным козырьком, все те же — вдрызг разбитые берцы. Прежняя широкая улыбка до ушей и хищный пронзительный взгляд водянистых глаз.
Как и в первую встречу — между нами совершенно отсутствует какое-либо напряжение. И как ни странно — я все так же чувствую его расположение ко мне. Не показное — искреннее.
И все-таки, что-то в нем изменилось. Взгляд не потух, но не столь ярок и дерзок, как прежде. В глазах, нет-нет да всплескивает непонятная тоска. Манера держаться всё такая же насмешливая, как и при первой встрече — но вот былого инфернально-вызывающего куража не ощущается.
— Что, тяжела шапка Мономаха? Или ты предпочитаешь сравнение с Дракулой?
— Ты про город? Ха! Это слишком серьезная тема, чтобы говорить о ней без смеха, — кривит губы в широкой и циничной улыбке Вотан-Мишаня.
Такое впечатление, что он сейчас прикрывается ей, как щитом.
— Как бабуля поживает? Здорова? Как здесь закончим — вернешься, передавай привет от Горана… Хорошая она. И не её вина, что… именно тебя вырастила.
— Нелюдя-упыря и убийцу детишек? — Вотан мотает головой. Как конь, укушенный оводом. У него нервно дергаются желваки и кадык, — Нету больше бабушки. Померла она. Представилась. Сердце видать.
Открываю рот, но передумав что-либо говорить, закуриваю и просто киваю.
Он все замечает.
— Знаю, что ты сейчас хотел сказать. И ты прав — слишком много на мне… И я все равно тебе благодарен. Ты ей хоть небольшой, но кусок жизни подарил… А я… Одна она у меня была. Родная. За всю жизнь никого больше.
— Об этом мы уже как-то говорили. Если так — может, тогда отпустишь? В её память. Не меня — остальных моих. Они больше не придут.
— Не могу. Принципы. Я же обещал, что ты умрешь. Чего скалишься — у меня они тоже есть, каким бы смешным тебе это не казалось.
— Ну да, ну да… Маньяк с принципами, — я ухмыляюсь. — Ну раз так — чего тогда по-пустому тележить? Приятно было пообщаться. Пошли, что-ли?
— Куда? — он удивлен.
— Ты к своим, я к своим. Умирать среди друзей веселее. Впрочем — это не про тебя. Не поймешь. У тебя «свои»- слишком специфические. Увидимся на поле брани — как сказал бы один из моих близких. Вон тот, здоровый.
— Видел его там, в городе. — кивает Мишаня, — Слушай, Горан: я реально не смогу вас отпустить. Не то место, время и зрители…
Невольно оглядываюсь на окружившую нас толпу.
До неё добрая сотня метров, но в безветренной тишине слышно даже как сопят и почесываются обратившиеся животные.
— Знаешь, что могу? Поединок! Хочешь? — словно увидя выход из изначально безвыходной ситуации — жгуче сверкает болотными глазами он.
— Поединок? — я озадачен, — Не понял. В смысле: ты и я? По-взрослому?
— Угу! — ощеривается мой визави. — По-взрослому и по-честному: без всякой хрени, типа ментальных ударов. По-мужски — чисто как бойцы.
— Что мне это даст? И моим людям? В смысле — в случае моей победы. С поражением и так все понятно.