«Эй, «залетчики» — Горан, Рыжий, а ну-ка метнитесь воо-он за тот холм к водокачке — только аккуратнее давайте, черти! Гляньте что там… Да, вон еще молодого с пулеметом прихватите. Если что он вас и прикроет… Вообще жалами там поводи́те — чё-почём? А мы пока здесь притаимся. Если что — тоже прикроем вас на отходе. Не ссыте — воины! Веселее, орлы! Вперед на мины — ордена потом!»
И идешь — а куда тебе деваться?
«Ю ин зе ами нау, о-у-о — ю ин зе ами. Нау»!
Как правило — первым идти в полную неизвестность никто не хочет, но все молчат, дабы — имидж «крутого рейнджера» и заработанную репутацию отчаюги — перед корешками не похабить.
В двадцать годков — мало что настолько важно и ценно для сопляка, полагающего себя уже весьма тертым мужиком. Кем ты выглядишь в глазах товарищей и какой твой номер в «рейтинге» своего подразделения. Вот что для тебя, молодого барана — гораздо важнее всего остального!
Вся засада в том, что если там засада (простите за корявый каламбур) — то у тех, кто напорется на неё самыми первыми — как правило «без шансов» вернуться обратно.
Так что звонко и красиво — слово «разведка» — только в пафосных патриотических книжках звучит. И в фильмах смотрится…
Типа: застывшая над плацем — звенящая тишина. Высокое небо. Курлычащие журавлики в его глубине…
«Идут только добровольцы!» — веско и значительно произносит строгий, но справедливый отец-командир с суровым, но таким человечным, всё понимающим лицом…
«Комбат-батяня, мля»! И весь горящий энтузиазмом и диким желанием умереть первым — строй, не раздумывая делает широченный шаг вперед!
…В пыльно и грязной реальности же — даже если всей группе корячится «сложить сотни» — первым умирать — все равно никто не хочет.
За исключением полных отморозков, конечно. Такие лихие парни есть почти в любом подразделении — но их крайне немного.
Что-то я отвлекся… Сорри!
В общем принимаю компромиссный вариант — иду с нугари, но не на самом острие. Чуть сзади и малость левее — от предполагаемой траектории продвижения вражьего головного дозора — за невысокий, но густой и раскидистый куст ныкаюсь.
Ждем-с!
Самое поганое в засадах — это ожидание! Нервозное и выматывающее гораздо хлеще чем само непосредственое боестолкновение. Время тянется до того медленно, что чудится — что оно совсем уж не тикает!
Лично для меня по-крайней мере всё именно так!
Ну а раз уж — пока все равно ожидаем — то я пожалуй продолжу излагать произошедшие события в хронологическом порядке? Как раз сейчас отвлечься не плохо, дабы «не перегореть»…
Вот только еще разок на локатор гляну…
Да — курс у группы «орков» не сменился и время вполне позволяет поведать о событиях — нас сюда приведших!
Итак — на чем я в своем рассказе о прошедшем остановился-то?
А вот…
Глава одинадцатая. Планета Нугари. Май
Пока на родной планете мы вытаскивали людей с того света на этот (о, как загнул!) — здесь время тоже не стояло на месте — и на земле нугари, а если точнее в «нашем» поселении — настал день сбора лидеров дружественных родов и кланов.
Еще позавчера в поселок Варуна начали прибывать первые вожди и предводители ближайших общин «эльфов». Самые легкие на подьем, самые хитросделанные и продуманные или самые любопытные — не знаю.
В ожидании всех остальных, постепенно подтягивающихся на «сходку» в течение двух дней — сии почтенные джентльмены в основном ненавязчиво приглядывались и «принюхивались» к пришельцам и под видом череды застолий вели неофициальные кулуарные переговоры меж собой и с нами — прикидывая, какие выгоды и потери может принести предполагаемый союз — лично их общинам.
В общем — вели беседы «без галстуков». От души выпивая и закусывая за немного низковатыми и хлипковатыми для нашей земной комплекции длинными столами, ломящимися от разнообразно приготовленного мяса, дичины, домашней птицы, даров полей и рыбы — жареной, вяленой и копченой — в ассортименте.
Сам «сходняк» или, если хотите: «саммит» — официально можно было считать начавшимся вчера.
Не было пока только представителей самого дальнего — почти степного клана. Очень многочисленного и сильного, одного из самых мощных в этих краях — именно потому и не боявшегося жить так близко к степнякам-киеренам. Как обьяснил мне Варун — вполне могло быть и так, что представители данного сообщества специально задерживаются — таким образом демонстрируя свою неимоверную крутость, а заодно уж — подчеркивая абсолютную независимость и предельную занятость иными более важными заботами. Их вождь такой мужик, что запросто может учудить подобное — как для поднятия престижа своего клана, так, и на мой взгляд — несколько ложно понимаемого, личного авторитета.