9. Исчезновение Бекки.
Вопреки моим просьбам, и требованиям, Брюс наотрез отказался отвезти Тосама к родичам Грэхемов за Перевал. Он внезапно стал жестким и суровым.
- Я дал его матери слово вырастить парня, и не нарушу его.
- Даже рискуя жизнью собственного ребенка?
- Блисс, хватит уже…
- А если бы это был Эван, Брюс! Если бы опасность угрожала жизни твоего сына, ты бы тоже бездействовал?
Какое стало у него лицо — на нем гнев, ошеломление, растерянность, застарелая боль… Н мне уже все равно, меня интересует только Робекка!
- Я скажу это раз, Блисс. Томас останется в Рат-Крогане. Если ты так беспокоишься, я поговорю с ним, он больше не подойдет к Бекки. Но перестань нести эти бредни!
- Ты любишь Бекки меньше, чем его! - выпалила я. Он встал, поравнялся со мной, большой, строгий, приподнял мой подбородок.
- Видят боги, Блисс, никого я не любил так, как тебя. И Бекки я люблю ничуть не меньше остальных детей. Но так нельзя. Успокойся, Том не причинит ей вреда, я обещаю тебе!
И мне пришлось отступить, хотя теперь я непрестанно смотрела за дочерью, отлучаясь з детской, только когда там была Несса или няня Бекки. Томас тоже избегал меня, все больше времени проводя в деревне, и постепенно мой страх притупился, почти исчез, остался в самой глубине сердца ноющей занозой, и так было до того дня, как Бекки исчезла.
Бекки исполнилось 16 месяцев, она уже вовсю разгуливала по скошенной поляне у крепостной стены под надзором няни и Айлин, топала по тропике , широко расставив маленькие пухлые босы ножки, смеясь, когда трава щекотала ее ступни. В тот день она никак не желала засыпать и я позволила няне гулять с ней после обеда, а сама отправилась в деревню за Айлин. Та нипочем не хотела уходть из дома кузнеца, где ее угощали сладкими пирогами и влзнамерилась поселиться там. Поэтому мне пришлось самой пойти абирать ее домой. По дороге я убеждала ее, как могла, что в Рат-Ккрогане ничуть не хуже, и на праздник Долгой ночи она получит много подарков. Айлин слушала меня, раскрыв рот:
- Сколько захочу? - робко спросила она. Я победоносно кивнула.
- Если, конечно, останешься.
- Хорошо, - она вложила ладошку в мою руку. - Пойдем домой.