– Что там такое, Блисс? – с любопытством спросила Ванора, вертясь у ее кресла. Блисс взглянула на сестру в растерянности.
– Дядя нашел тебе мужа, и он скоро прибудет в Рат-Кроган.
2. Гости.
Письмо было получено и весь дом охватила суматоха. Кухарка с тремя нанятыми в деревне девушками чистила и скребла закопченую кухню, дощатые полы заново натирали воском, покосившиеся двери правили двое крепких сыновей кузнеца.
Блисс отстраненно наблюдала за этими приготовлениями. Шесть дней! Шесть коротких осенних дней! Сердце сжималось от страха и ожидания перемен. Ей вовсе не хотелось покидать Рат-Кроган, быть может, этот лорд Грэхем найдет ей мужа поблизости… Блисс тотчас же отмахивалась от этой мысли, вгонявшей ее в краску и тревожившей ночной сон. Она проросла в каменные мшистые стены Рат-Крогана, в его поля и леса, в эту суровую землю, и не могла и помыслить о том, что однажды придется покинуть его. Счастливица Ванора, ей нет нужды уезжать! И хотя обе сестры были немного напуганы новостями, с присущим всем женщинам от мала до велика любопытством ждали приезда далекого лорда с Равнины.
Вечером четвертого дня в большую залу принесли огромную деревянную лохань, нагрели воды и доверху наполнили ее. Блисс, подоткнув юбку, сама выкупала Ванору и вымыла ее светлые волосы. Потом она долго расчесывала их, пока они не заблестели мягким расплавленным золотом. Укутав сонную девочку пледом, Блисс со вздохом принялась раздеваться – в той же воде предстояло купаться и ей. Конечно, вода остыла, но Блисс привыкла мыться быстро. Она наспех сполоснула волосы холодной водой и уже собралась выбираться из лохани, как в комнату вошла Несса, старая нянюшка Ваноры, которая когда-то обучала ее премудростям хозяйствования в Рат-Крогане после смерти хозяйки.
– Ну-ка, птичка моя, - сильные теплые руки намылили ее волосы снова. – Негоже быть замарашкой перед этими лордами. Как-никак, ты тоже из клана Даррох!
– Брось, Несса, – фыркая от воды, пробормотала Блисс, но осталась сидеть в лохани. Позволять кому-то заботится о ней, быть ласковой и доброй оказалось приятно, и Блисс хотелось продлить эти минуты. Несса вымыла ее, как перед этим сама Блисс выкупала сестру, и тоже усадила к камину, расчесывая огненные волосы, расплавленной медью стекавшие по тоненьким плечам.
– Запомни, птичка, ты – Даррох, никому не позволяй в этом усомниться! – Несса хитро усмехнулась. – Особенно этим чужакам! Уж мы-то здесь знаем, кто настоящая хозяйка Рат-Крогана!
Немигающим взглядом Блисс смотрела на огненные языки. Разнеженная ванной и уставшая от суматохи последних дней, она почти задремала, на короткое время позволив себе унестись мечтами в далекое завтра, хотя и не осознавала ясно, чего же хочет на самом деле. Приятно было сидеть у огня с Нессой, знать, что труды этого дня окончены и ее ждет заслуженный отдых. Блисс любила размеренную жизнь в Рат-Крогане, но письмо пробудило в ней какое-то смутное ожидание, тем более мучительное, что сама Блисс не осознавала его.
Это оказался последний тихий вечер, и если бы Блисс знала это, то не предавалась бы пустым мечтам, а впитывала каждое его мгновение и радовалась ему. Но милостью судьбы или провидения человеку не дано прозревать грядущее, и в этот вечер она думала о комнатах, которые следует отвести гостям и новобрачным, о бочонках с вином в кладовой и о платье, в котором Ванора будет встречать лордов…
До приезда гостей сделать нужно было много: приготовить покои для гостей, вытряхнуть поблекшие гобелены, просушить их, заштопать особо заметные дыры; выбрать платья для Ваноры и остальных домочадцев, заново перестелить постели, а для конюших лордов – положить свежей соломы в амбаре. И все это помимо обычных дел, которых, видят боги, и так полно в Рат-Крогане! Поэтому, когда Блисс со стены увидела внизу в долине небольшую кавалькаду, ее охватило одновременно и любопытство, и ощущение непоправимой потери, ибо жизнь в Рат-Крогане с появлением Брюса Грэхема должна была измениться бесповоротно! Она стояла на осеннем ветру, раздираемая этим внезапным сожалением, глядя, как приближаются всадники. Наконец Блисс сообразила, что ей нужно встретить их, она торопливо пригладила растрепанные волосы и поспешила вниз. Небольшой мощеный камнем двор крепости уже заполонили приезжие и крестьяне, от мала до велика высыпавшие поглядеть на чужаков.