Некого было спрашивать.
– Это я так. Извините, – сказала я никому.
Она тоже работает в колледже. Мне ведь уже доложили.
Ничего я не понимаю.
Скоро новый год. Вырастает снег. Растёт и растёт. На земле, на деревьях. И земля и деревья толстеют не по дням, по часам. Стало светло и чисто. А деревья обрадовались! Принарядились в белые меха с бриллиантами. Согрелись, ветви уже не дрожат. Застыли в тепле, разомлели. Дуб за моим окном один чернел и от стужи тряс ветками. Как старик-богатырь хорохорился: мне не холодно и бриллианты мне ни к чему. И отгонял от себя снежинок. Прочь. Не нужны.
Я брожу под окнами музыкального колледжа. Он тонет в звуках. Просто музыкальный какой-то улей.
Фортепьяно, скрипка, труба, флейта, поющие голоса. Я возвращаюсь к «фортепьянному» окну. Оно на третьем этаже, рядом с водосточной трубой. Может, это Лёва играет? Что за музыка такая чудесно-прекрасная, такая искристая, созвучная скрипящему снегу – не знаю.
Двери колледжа распахнулись. Крыльцо светлое – фонарь нацелен прямо на него. В конусе голубого прохладного света порхают снежинки. Казалось, что все они, летящие с неба, стараются попасть в него, чтобы показать весь свой модельный ряд.
Из дверей показались двое. Парень придержал дверь и пропустил вперёд девушку.
Он. Тот, кого я ждала. Он не один.
Они. Я их так боялась увидеть вдвоём.
Лёва + Светлана Евгеньевна.
Тешу себе надеждой, что между ними ничего не может быть. Лёве пятнадцать, как и мне. А она после консерватории, девушка-старушка. Что я волнуюсь?
Ничего. Не. Понимаю. Главное, себя не понимаю.
Полное затмение сердца.
Продолжение следует.