— Ты мне подыгрываешь?! — возмущенно шепчу я. Происходит настоящая чертовщина, но пока я не хочу об этом задумываться.
— Понятия не имею, о чем ты, сладенькая, — насмехается он, лениво постукивая колодой по столу.
— Я настолько жалкая? — спрашиваю потухшим голосом.
Ну конечно, именно настолько. Нет, хуже, чем «настолько». Иначе, почему мои противники за игорным столом смотрят на меня, как волки на хромого кролика? Они знают, что я им не соперница, поэтому просто игнорируют. И будут завоевывать, словно невинную деву, а не как хитрого военачальника.
Я никогда не была тщеславной. То есть у меня грандиозные планы, но что плохого в том, чтобы вернуть принадлежащее по праву рождения? А сейчас чувствую себя просто отвратительно: совершенно точно, мне никак не выиграть у этих двух и не загнать Риваля в долговую ловушку. То есть, я бы не выиграла, если бы не последние три карты. С генералом, тяжелой конницей и Разрушением я легко растопчу обоих. Но ведь это… не честно?
— Ты выглядишь слишком соблазнительно, сладенькая, — охрипшим голосом говорит Блайт. — Я замучился сидеть в компании остолопов и собственных озабоченных фантазий. Разделай обоих, бери за яйца принца и поехали испытывать твою чудесную кровать, а?
Я краснею. Просто полыхаю, словно грешница на костре. Порядочной таллине не пристало испытывать все те чувства, которые клокочут во мне в ответ на его откровенное признание, но это сильнее меня. Сопротивляться сумасшедшей притягательности белобрысого поганца просто невозможно.
Но я кладу карты на стол и подталкиваю их в сторону Блайта.
— Думаешь, я продаюсь?
— Все продаются, сладенькая герцогиня.
— Не я, Блайт.
— Ты проиграешь, — говорит он чуть глухо, и карты растворяются прямо у меня на глазах.
— Это всего тысяча буйволов. Тысяча, которую я должна бы заплатить за твои услуги. Считай, что я в них больше не нуждаюсь.
Время ускоряется, и меня немного ведет в сторону, словно я попала в воздушный водоворот. Усидеть на месте тяжело, но Риваль неожиданно приходит на помощь: срывается с места и ловит меня за миг до падения. Вот так, за секунду я оказываюсь в объятиях наследника короны, который смотрит на меня блестящими черными глазами и с неподдельной тревогой в голосе спрашивает:
— Ты в порядке, Дэш?
Все-таки он хорош. Очарование, замешанное на дерзости, в оболочке красивой внешности. И он уже был моим женихом. И хоть тогда мы были детьми, Риваль умел увлечь меня настолько, чтобы мысли о его опасном дяде отступали на задний план.
— Немного закружилась голова, — отвечаю с благодарной улыбкой.
— Я прикажу завтра же прислать к тебе придворного лекаря, — говорит он тоном настоящего принца: лучше даже не пытаться возражать.
— Спасибо, Ваше Высочество.
Риваль улыбается и, помогая мне сесть, украдкой шепчет на ухо:
— Давай обыграем этого зазнайку, а выигрыш поделим пополам? Моя атака и твоя защита — он обделается от безысходности.
Я даже не раздумываю — дарю ему незаметную улыбку и Риваль, усадив меня в кресло, склоняется, чтобы поцеловать пальцы. Надеюсь, я не совершаю ошибку, но это даже лучше, чем планировала. Обыграть принца и взять его в «долговой плен» — хороший план, но сделать его своим союзником — идеально. И пусть все начнется за игорным столом.
В трех моих картах провиант, восстановление и лучники.
А Блайт сидит за столом ровно, словно струна, его голова опущена — и белоснежная челка закрывает лицо до самого носа. И мне плевать, что за выражение за ней скрывается. Правда, плевать. Я пришла играть и выиграть — и не уйду без победы.
[1] Зеро — сдающий карты за игорным столом. Объявляет начало и конец Круга (партии), уточняет правила, если в этом есть необходимость и выступает в роли судьи в спорных моментах.
глава 17
— Мы выиграли по тысяче буйволов!
Риваль хватает меня на руки и кружит, словно до упора заведенная юла. Приходится изо всех сил схватиться за его шею и уткнуться носом в грудь. Граф сидит на стуле и смотрит на нас пустыми глазами, наверняка пытаясь понять, когда же мы успели договориться.
— Дэш, ты чудо, — улыбается Риваль, осторожно ставя меня на ноги. — Умная, красивая, не боишься рисковать.
— Это же всего тысяча буйволов, — отмахиваюсь я. — Победа рука об руку с принцем стоит куда больше.