Лучшее, на что я могу рассчитывать, – это передачи о животных. Чаще о рептилиях. А я не люблю животных. Рептилий вот, в частности, не люблю. То, что я держу дома игуану, еще ни о чем не говорит. У одной моей подруги вот папа еврей, а мама антисемитка, прекрасно себе живут лет сорок пять, и маме этой не кажется, что это нелогично, хотя евреев за это время она не полюбила. А игуану мне подарила Фауна на позапрошлый мой день рождения, так не выбрасывать же ее. Я и неодушевленный предмет не могу выбросить; раз ребенок моих друзей забыл у меня дома игрушку тамагочи, так я даже ночью просыпалась посмотреть, не подох ли пингвинчик, я ведь не была уверена, что знаю, как с ним обращаться. Утром я отвезла игрушку хозяевам и счастлива была от нее избавиться. С живыми существами еще хуже, а хуже всего – с людьми. Но это я отвлеклась. А телевизор показывает мне, как животные едят друг друга. Рыбы едят рыб, а оставшихся рыб ест кит или там белый медведь. А того ест человек, все в таком роде.
Мультфильмы считаются зрелищем для детей. Видимо, потому, что у детей нервы крепче. Мультфильмы обычно бывают о мутантах, произошедших из людей или животных, о вампирах, привидениях, чудовищах (монстрах) или о животных, сошедших с ума. Самое безобидное, что делают персонажи мультфильмов, – это жестокие шутки друг над другом, наподобие засовывания динамитных шашек друг другу в различные отверстия организма. В остальное время персонажи издают неприличные звуки, ругаются, дерутся и являют этим бесподобные образцы для подражания ученикам младших и средних классов.
Последним моим прибежищем остаются сериалы, телероманы и теленовеллы мелодраматического содержания. Так что последние новости таковы: Палома оставила Диего перед алтарем и сбежала в Мехико, чтобы работать у Фабиана. Мария дель Кармен вышла замуж за Эрнесто, но она не знает, что он любит Барбару. Элена и Жозе поженятся, но не в ближайшие пять серий – у них там траур, потому что погибла мачеха Элены. Хуан Антонио Веласкес и Педро Руис будут стреляться, победит дружба. Себастьян решил клонировать покойную Терезу, не зная, что у нее осталась сестра-близнец. Отец Бернардо узнал, что его сын – гомосексуалист, и лишил его наследства. Селеста вызвала дух покойной крестной, и как раз на этом кончилась серия. Особенно меня беспокоит Диего, он может наделать глупостей. Каждый раз, как Палома оставляет его без присмотра, он напивается и влипает в историю. Теперь вот она оставила его ради его же блага – но разве ему объяснишь…
На этом я заканчиваю.
До свидания, дорогие инопланетяне.
Ваша М.
Письмо 14
Дорогая Флора!
У меня на кухне происходит нечто чрезвычайно занимательное. Если ты помнишь, на полке, где стоят банки с крупой, я держала шарик, который подарили мне инопланетяне. В последние дни он помутнел, потом вовсе перестал тикать, а потом начал тихонько петь – немного похоже на чайник со свистком, но тише и мелодичнее. Прислушавшись, я даже разобрала вполне определенный мотив. Так он пел два последних дня, и Валентина даже брала его на ночь к себе вместо радио. А вчера вечером он издал громкий щелчок – я как раз была на кухне, набирала воду в лейку. Тут же погас свет. Ты знаешь, что свойство нашего электричества таково, что оно может погаснуть вообще безо всякой причины, поэтому я не удивилась и полезла за свечкой. По причине большой практики я могу нащупать в темноте все что угодно, а уж свечку найти могу совсем легко. Напомню тебе, что свечи у меня лежат именно на той полке, где стоят банки с крупой. И вот, потянувшись за свечой, я нащупала нечто мохнатое, теплое и довольно приятное. Сначала я отдернула руку, но потом, не услышав никаких агрессивных звуков, протянула ее снова. Вообще это мохнатое вызвало мое доверие. Я стала гладить его, и оно протянуло в ответ свою конечность и стало гладить меня по плечам и спине. На ощупь я определила, что существо было большое и, насколько я могла судить, целиком покрытое шерстью. Шерсть длиной и фактурой наводила на мысли об овчарке, но запаха не было, во всяком случае животного запаха, – так, витало вокруг что-то наподобие ванильного аромата, как у автомобильного дезодоранта. Так мы некоторое время гладили друг друга в темноте, а потом существо запело свою странную песню, укачивая меня в своих объятиях. Это понравилось мне, хотя я немного смутилась. Потом существо стало отступать назад, туда, где по моим представлениям был шкаф и куда оно по причине своих больших размеров отступить никак не могло. Так или иначе, оно выпустило меня из объятий и перестало петь. Через несколько секунд – так мне показалось – зажегся свет. Шарик лежал на месте и громко тикал. Прозрачность его полностью восстановилась. От мохнатого существа не осталось никакого следа.