— Ммм, sí, señor, — говорит она растягивая слова. — Слушаю и повинуюсь.
Черт.
Облизываю губы и сглатываю, приближаюсь ртом к ее уху.
— Хорошая девочка. Я обойду и заберу тебя.
Открываю дверь и беру ее за руку. Ее мышцы напрягаются в моей ладони. Я представляю, каково это — чувствовать ее гибкое, подтянутое тело под собой.
Мы дойдем до этого.
Теперь она моя. Она нарушила негласное правило между картелем и Братвой. Я имею право убить ее за то, что она сделала.
Это спровоцирует нападение ее брата, но даже он поступил бы так же, если бы ситуация была обратной. Если бы Полина когда-нибудь совершила что-то настолько опасное, мы бы ее экстрадировали, чтобы защитить… если бы вообще смогли вернуть.
У входа наклоняюсь и беру маленький сверток, который оставил Алекс.
Она послушно идет рядом, разглядывая все.
— Впечатляет, — говорит она, когда мы входим. — Моя семья вряд ли живет в бедности, но это... это потрясающе.
Закатываю глаза. Как будто лестью она чего-то добьется.
— Только посмотрите на это. Сразу видно, что это роскошный дом. Эти полы. Это красное дерево? Такие высокие потолки и лепнина. Боже мой, Лев, у тебя в столовой хрустальная люстра.
Забыл об этом.
— Но все защищено, посмотри. Эти окна выглядят укрепленными, и я готова поспорить, что у тебя камеры следят за каждым дюймом этого дома. А эти зеркала не просто для красоты, не так ли?
Да, конечно. Зеркала дают обзор всех углов дома.
— Слушай, если пойдем на ужин, платишь ты, — говорит она. — Очевидно, ты можешь себе это позволить.
Мои губы дергаются.
— Прикусил язык, красавчик?
— Ты когда-нибудь говоришь не флиртуя?
— Кто, я? Конечно нет. Зачем быть такой скучной? — Она улыбается, ее золотистые глаза сияют. — Рада, что наконец-то заставила тебя разговориться.
Наполовину жалею, что снял с нее кляп, и одновременно жалею, что вообще его надел. Чувствую, что мои мысли и действия перемешаны, как яичница-болтунья. В ней есть что-то опьяняющее и загадочное.
Мне нравится слушать ее. Мне нравится наблюдать за ее движениями. Я восхищаюсь тем, как работает ее мозг.
И я блядь хочу ее сломать.
¡Ay caramba!6
Я с трудом верю в свою удачу.
Да-да, меня похитил один из Романовых. Ну, мужчин. И да-да, я знаю, что те незыблемые правила, которые мы установили еще в каменном веке, технически означают, что я покойница.
Ну и что.
Главное — я в его доме. Я прыгнула прямо из наблюдательной вышки в аквариум с акулами.
Не могу поверить, что сама до этого не додумалась. Если бы я соблазнила его с самого начала. Впрочем, это даже к лучшему, потому что теперь он думает, что это была его идея.
Я должна поддерживать эту иллюзию.
Вникаю в каждую деталь. Хотя моя семья едва ли живет в бедности, все это имущество не принадлежит мне. Ни одной женщине никогда не позволяли претендовать на собственность в Los Sangre Dorada. Там, откуда я родом… мы и есть собственность.
Так что меня привлекает не только роскошь и красота его дома. А то, что это его дом. Его собственность. Его замок.
Я уже наполовину влюблена... пока он не приводит меня в подвал.
Спустившись по лестнице, мы оставляем позади ярко освещенную роскошь главного этажа. Здесь темнее и прохладнее. Я дрожу, все еще мокрая после пробежки под дождем до склада.
Честно говоря, бывали дни и получше. Он довольно сильно дернул меня за волосы. Кожу головы до сих пор покалывает. Мои волосы такие густые и тяжелые, что даже хвост может вызвать головную боль, а у меня она уже начиналась на том чердаке. Не могу вспомнить, когда я последний раз ела. Теперь у меня так болит голова, будто кто-то накрыл ее коробкой и бьет по ней кулаками.
Рука пульсирует от проклятой занозы, а он швыряет меня, как куклу.
И что-то мне подсказывает, что он только разогревается.
Но все в порядке. Ты не станешь мной, не научившись принимать боль и дискомфорт. Черт, в правильных обстоятельствах мне это даже может понравиться.
Здесь тусклое освещение, тени играют на стенах, пока он ведет меня вниз по лестнице. Воздух прохладнее, и внизу темно. Ах. Должно быть, это его тренажерный зал. Когда глаза привыкают к слабому свету, я могу разглядеть различные элементы высококлассного спортивного оборудования — скамью для жима, гантели и блоки. Стены увешаны зеркалами, которые визуально расширяют пространство и заставляют меня чувствовать себя выставленной напоказ. Прохладный воздух пахнет, как в любом спортзале: смесью металла, резины и легким намеком на пот.