Он отворачивается и направляется обратно на склад. Зеленый свет.
Задняя часть склада не просматривается камерами и без дверей. Но для меня это идеально.
Я взбираюсь по стене, используя ржавую водосточную трубу и выступы. Крепко цепляюсь пальцами, напрягаясь всем телом, чтобы меня не заметили. Набираю темп, когда карабкаюсь вверх, мысленно размещая ноги и руки на невидимые опоры.
По моей спине пробегает дрожь, когда добираюсь до приоткрытого окна, на втором этаже, с заржавевшими петлями. Оно находится далеко от основных патрульных маршрутов и камер наблюдения. Поскольку склад используют редко, они не охраняют его так тщательно, как свои дома. Мне бы и в голову не пришло пытаться проникнуть в один из их частных домов.
Осторожно приоткрываю окно и проскальзываю внутрь как раз в тот момент, когда луч фонарика освещает покрытую листьями землю внизу. Сердце уходит в пятки. Приседаю и выглядываю из окна, пока бесполезный охранник проходит мимо, прислоняется к стене и достает телефон.
Когда я займу руководящую должность в этой семье, а я, черт возьми, ее займу, то уволю этого ленивого сукиного сына.
Мое дыхание замедляется, и он уходит, время пришло.
Дверь в эту пустую комнату заперта. Отлично. Думала, это будет скучно. Я была бы разочарована, если бы сегодня не пришлось взламывать замки. С привычной легкостью творю свою магию и взламываю замок меньше чем за минуту.
Мда. Серьезно, ребята, было бы неплохо немного усложнить задачу.
Тихо иду по тускло освещенному коридору, прислушиваясь, чтобы не наступить на скрипящую половицу. Прячусь в тени на случай, если кто-то незаметно войдет сюда, пока не нахожу темный чердак прямо над основным помещением. Я быстро поднимаюсь по лестнице. Это идеальная точка обзора, чтобы наблюдать за ними, оставаясь незамеченной.
Думаю, я могла бы, наверное, выбрать что-то попроще. Может, подбросить жучок. Но, боже, что в этом интересного? Сейчас поздняя ночь, все вокруг погружено в тень, освещенную лишь лунным светом, так жутко, напряженно и опасно. Моя стихия.
Устраиваюсь в своем укрытии. У меня есть несколько часов до их прихода, но сердце все равно бешено колотится в груди. Я так долго этого ждала. На кону вся моя жизнь.
Прислоняюсь спиной к стене. Здесь немного затхло, пахнет моторным маслом и металлом. Это напоминает мне о тяжелой работе и физическом труде. Никто бы не догадался, что здесь на самом деле происходит. Только я, пожалуй. Не нужно иметь богатое воображение, чтобы представить, каких двуличных, продажных неудачников и врагов они приводят сюда, чтобы пытать и допрашивать. Я знаю. Пытки это на чем специализировался мой отец и до сих пор остаются любимым развлечением брата.
Закрываю глаза и думаю о будущем, о том, что ждет впереди. Говорят, что визуализация это ключ к достижению цели, к тому, чтобы все произошло в реальности. Если это правда, то у меня все получится, потому что я уже могу представить, каково это — отдавать приказы, щелкать пальцами и смотреть, как передо мной пресмыкаются взрослые мужчины. Я уже слышу уважение в их голосах и чувствую, как по моим венам разливается сила, когда они называют меня своей королевой.
Вырываюсь из грез, вспоминая холодный, неодобрительный взгляд отца. Он бы убил меня за то, что я собираюсь сделать. Буквально.
Это одна из причин, почему я здесь. Хмуро смотрю на свои руки и ковыряю неподатливую кутикулу. Для маскировки я подстригла ногти и стерла кроваво-красный лак.
— Si pudieras verme ahora, padre2, — шепчу я.
Для отца женщины были лишь средством для достижения цели. Низшим классом, бесполезным в его стремлении к власти, если не считать их способности рожать детей. С самого раннего детства я знала, что меня считают менее ценной из-за моего пола. Моего брата Хавьера, напротив, ценили гораздо больше.
Отбрасываю эти мысли и сосредотачиваюсь на текущей задаче.
Мысленно повторяю план и делаю заметки.
Я пошла к Виктору и дала ему наводку. Мой брат сначала избил бы меня до полусмерти, а потом убил бы своими руками, но если он узнает, будет уже слишком поздно. Если, конечно, мой план сработает.
Это одна из многих причин, по которым он должен исчезнуть. Я позабочусь об этом.
Они все будут здесь — Михаил, старший и один из самых опасных. Он занял место отца после его смерти и теперь правит всей Бухтой, территорией между Кони-Айлендом и Манхэттеном. За ним по старшинству идет Александр, компьютерный гений, а за ним — Никко, их киллер. У него великолепное зрение и идеальтная меткость, но я не стану его целью.