- Ответьте! Сто пятьдесят метров прошли? Не слышим вас!
В динамиках, а затем и в наушниках Коли внезапно началась свистопляска вихрей искажённых помех, словно в один миг завыли все трубы библейского Иерихона. Лаборатория наполнилась неведомыми звуками подводных глубин, которые едва не разрывали барабанные перепонки. Даша прижала уши руками, готовая упасть без чувств от громоподобного рёва, пронёсшегося сквозь внутреннюю обшивку помещения. Ещё секунда, и рёв превратился в настоящий стон, будто вздыхал и ревел сам океан, не желавший присутствия незваных гостей. Второй монитор погас вслед за первым. Андрей уже не кричал, а просто орал в микрофон, вызывая старшего спускаемой группы. Михаил молчал, как и все остальные. На двух оставшихся экранах возникли крутящиеся водовороты глубоководной воронки, из которой спиральными кольцами расползались рукава взбухшего со дна сероводорода. Огромными вспученными пузырями он вырывался из грунта, устремляясь к поверхности подобно огромным шляпам грибов, с той лишь разницей, что «шляпы» были без ножек. Сотни разбухших пузырей с диким чудовищным грохотом лопались прямо напротив двух оставшихся камер – Михаила и его помощника. Рёв взрывов и оглушающих хлопков пронёсся по всему корпусу научного судна «Маджестик», уйдя куда-то в верхние слои стратосферы.
- Что, едрит его в пень, происходит? – орал, прикрывая уши, Бычок. – Андрей, что с подводниками? Я вижу только два экрана!
Теперь кричали все. Гул и раскаты лопающихся пузырей вырывающегося из глубин газа заполонил все палубы и отсеки корабля. Кричала Даша, кричал профессор, бросившись к мониторам.
- Михаил, ответьте! Что произошло? Почему не слышим и не видим вас? Все живы?
В лабораторию заглянул озабоченный капитан, покинув рубку управления, когда на судне стали слышны взрывы лопающихся пузырей. Вся поверхность Норвежского моря в радиусе нескольких сотен метров от корабля была покрыта всплывающими из глубин громадными пузырями, которые, достигнув верхнего слоя, с чудовищными хлопками взрывались при соприкосновении с чужеродной им атмосферой. Казалось, поднеси зажжённую спичку и весь прилегающий к судну океан полыхнёт уродливым разбухшим грибом атомного взрыва. Колоссальное давление, высвободившееся из подводного грунта, достигнув в один миг поверхности, подбросило корпус «Маджестика», словно скорлупку ореха, подержало секунду в воздухе и как бы бережно, будто нехотя, аккуратно опустило на место. Здесь можно было бы применить слово «вежливо». Судно закачалось на внезапно наступившей глади. Последний гриб пузыря вздулся, будто ворочаясь, разбух, тут же сморщился и опал, лениво уйдя под воду. Волны стихли, уступая место внезапно навалившейся откуда-то тишине.
Полной.
Без ветра.
Абсолютной, зловещей и… чужеродной.
Эта тишина была не отсюда.
Не из этого мира.
********
…Прошло несколько секунд, прежде чем ошеломлённый и оглушенный Андрей вновь закричал в микрофон:
- Михаил, ответьте! Мы вас не слышим!
- И не видим, - добавил не менее оглохший Бычок, всматриваясь в угасшие мониторы. Теперь не работал ни один. Профессор Звягинцев, изрядно потрёпанный акустической волной, прошившей лабораторию насквозь, придвинулся к экрану, с чувством тревоги вызывая:
- Михаил, это Звягинцев. Ради всего святого, выйдите на связь!
Даша всхлипнула. Капитан судна, оценив ситуацию, поспешил на палубу отдать команду, чтобы на воду спустили спасательные круги с надувной шлюпкой: возможно, понадобится срочное всплытие.
Андрей усердно крутил верньер настройки переговорного устройства, когда Коля с профессором вскрикнули едва ли не в голос:
- Экран!
- Что, экран? – подбежала Даша.
- Крайний экран Михаила заработал!
В ту же секунду из утихших динамиков послышался натужный кашель, сопровождаемый каким-то булькающим хрипением. На экране появилось мутное расплывчатое изображение дна, с грунта которого вверх поднимались вереницы мелких пузырей метана. Было видно, как камера смещается в стороны, крутясь, очевидно, вместе с шлемом скафандра. Движения были рваными и хаотичными, словно подводник пытался осмотреться, крутя головой вокруг себя.
- «Маджестик»! – сквозь прерывистое натужное дыхание раздался голос. – Кто слышит меня?
- Слышим! – почти заорал Андрей, вскакивая с кресла с выкатившимися от натуги глазами.
- Слышим! – радостно закричала Даша, бессильно повиснув на руке профессора. Тот поддерживал её, склонившись над монитором.
- И видим! Всё в порядке с группой? Как вы там, Михаил?
- Это вы, Звягинцев?
- Да-да! – кричал профессор. – Я! Что у вас произошло?