6
Александр Норд, куратор группы "Стихийные заклинания" Путь до кабинета ректора я преодолел почти бегом и с таким свирепым выражением лица, что распугал всех призрачных дам. Они чинно расхаживали туда-сюда по второму этажу, объясняя адептам, где какой кабинет находится. Но завидев меня, бросились врассыпную.
Рывком распахнул дверь и прорычал с порога:
— Дай мне другую группу!
Отец устало отложил свиток, что держал в руках, и ровно произнёс:
— Я понимаю, что она больше, чем у остальных, но Тай Юнг Хо, скорее всего, пробудет с нами не весь год.
— Дело не в Тае, — рявкнул я и широкими шагами нервно заходил по комнате. — Дело в этой девчонке. Литори. Переведи её в другую группу, иначе у тебя станет на одного адепта меньше.
Отец откинулся на высокую спинку жёсткого стула и задумчиво постучал пальцем по подбородку.
— Литори... Клео, если не ошибаюсь.
Я остановился напротив него и сложил руки на груди. Наши взгляды скрестились. Каждый раз в разговоре с отцом я чувствовал себя так, словно мы вели незримый поединок. Клинки звенят, выпад, защита, выпад в ответ и так бесконечно: кто кого победит!
— Высокие оценки в зельеварении, успешные опыты с заклинаниями… — медленно проговорил отец, не сводя с меня глаз.
— Стихийные всплески магии, — тут же парировал я.
Отец с интересом наклонил голову и прищурился.
— Об этом не упоминается в её документах. Откуда ты знаешь? — в его голосе прорезались повелительные нотки.
Только я открыл рот, чтобы рассказать о нашей встрече, как тут же захлопнул его и прикусил язык. Говорить отцу, при каких обстоятельствах было повреждено моё крыло, в планы не входило.
— Девочка никогда не была в столице… Не выезжала из своего города… Значит…
— Почему ты сказал, что Тай Юнг Хо пробудет с нами не весь год? — быстро перевёл тему.
Отец хмыкнул, оценив манёвр, и встал из-за стола. Заложил руки за спину, неспешно пересёк кабинет и встал рядом с окном. Помедлив, поднял руки и резким движением распахнул сразу обе оконные створки.
Прелый, осенний воздух радостно хлынул вглубь кабинета, заполняя собою каждый закуток. Отец сделал глубокий вдох и очень медленный выдох.
— Тай Юнг Хо младший сын императора пограничного с нами Тэнсё Аомори, — сказал он, глядя на верхушки деревьев, что много веков назад были высажены первыми адептами Академии.
— Это я знаю.
Отец захлопнул окно и вернулся к своему столу.
— Он дипломатический заложник, — невозмутимо продолжил он, — как только наши государства договорятся, Тай вернётся домой. Он сам выбрал нашу Академию и тебя в качестве куратора.
— Меня? — удивился я.
— Мальчик — твой фанат, — пожал плечами отец, — впрочем, как и многие адепты.
Дверь в кабинет чуть слышно скрипнула, и на пороге во всей своей рыжей красе нарисовался самый молодой магистр.
— Тебя не учили стучаться? — снова завёлся я. — Сгинь, Ферно!
— Мне назначено, — иронично приподняв бровь, сообщил мой бывший однокашник, — и я не призрачная дама, забыл? На меня твой рык не действует.
— Мы закончили, Александр, — сказал отец. — Я не буду менять состав твоей группы. Иди работай.
— Кстати, — вкрадчиво проговорил Ферно, и его улыбка не предвещала ничего хорошего, — одна из твоих подопечных напала на нашего дипломатического гостя. Вся Академия жужжит, как улей.
«Прибью», — проговорил одними губами, бросив гневный взгляд на отца, и выскочил за дверь.
— Держи себя в руках! — насмешливо крикнул мне в спину Ферно.
«И тебя тоже прибью!» — подумал я, направляясь в учебный класс, где должны были собраться мои адепты.
МАКСИМИЛИАН ФЕРНОсамый молодой магистр Высшей Академии магии. Специализируется на артефактах, древних знаниях и реликвиях. Фанатичный антиквар. Молод, энергичен, не женат. Есть любимый питомец, но о нём мы с Ферно расскажем... как-нибудь потом.
7
Я растерянно хлопала глазами и не могла вымолвить ни слова. Проклятая немота, нападавшая на меня в моменты душевных потрясений, и тут сыграла свою злую шутку. Ни слова сказать, ни вдохнуть глубоко. Холодная испарина покрыла лоб, время шло, а я всё пыталась протолкнуть в горле липкий ком.
Тай склонил голову и выжидательно смотрел на меня.
В классе стояла такая тишина, что было слышно, как на улице перекрикиваются адепты, и эти звуки казались оглушительными.
Тягостное оцепенение сковало моё тело. В ушах звенело.
— Дракончик, будешь яблоко? — раздался весёлый голос Берга, и застывшие в комнате люди пришли в движение.