Из объяснений Каи становилось понятно, что тот мужчина, с которым я совсем недавно схлестнулась в небольшом словесном поединке в мэрии, был андром. Не то, чтобы это было и так не понятно, но теперь я получила окончательное подтверждение этому. Интересно, кем он был, раз чувствовал себя как дома в приемной какого-то начальника?
С воспоминаний о «господине уполномоченном» мои мысли скользнули дальше, к тому, о чем говорила Каэрин. Конечно, я понимала, что во взаимоотношениях Руада и Орана все непросто. Но в словах Каи было что-то, что заставило меня предположить, что помимо ставшей уже привычной вражды между частями империи, было и что-то большее. Что-то, что заставило отца Каи, посла Руада в Оране отправить свою дочь так далеко. Был ли в этом замешан только какой-то личный конфликт? Или безопасность Каи в столице империи была под угрозой? А если так, то только ли ее безопасность, или в опасности находились все жители Орана?
Погрузившись в эти мысли, мне вдруг почудилось прикосновение горячего сухого ветра к лицу. А перед глазами на миг появились очертания города, виднеющегося на горизонте, у самого края пустынной степи. Видение исчезло так же быстро, как и возникло. Что это было? Излишне образное воображение? Или воспоминание о будущем, как назвали бы это писатели-фантасты моего мира.
Если даже это было и вправду так, то степные города оранской империи ждали меня не теперь. Прямо сейчас на повестке дня стояло обучение в магистериуме, которое должно было начаться со дня на день. И к нему нужно было подготовиться, но вот как именно, у меня не было ни малейшей идеи. Точнее, в моей голове был вариант, в котором нужно было приобрести ученическую форму и тетради в клеточку строго определенного размера. Но я все же надеялась, что обучение в магистериуме будет отличаться от учебы в средней школе моего мира, при этом в лучшую сторону. Впрочем, подобрать новый гардероб, ни мне, ни Кае было совсем не лишним. Мне − в виду его практически полного отсутствия, а Кае − из-за не слишком подходящего климату Руада того, который у нее был. Все же в Оране было гораздо теплее, чем здесь, на побережье, и в легком шелке, который сейчас был на Кае, в Руаде можно было быстро замерзнуть.
Чай, который я выбрала в «Звезде странствий», оказался восхитительным, и я не устояла перед соблазном купить баночку с собой. И к ней заварочный чайник и пару чашек, чтобы было из чего пить чай в магистериуме. Ну и еще дегустационный сет из пяти наиболее популярных смесей чая по специальной цене. Мой покупательский энтузиазм передался и Кае, поэтому из чайного салона мы вышли, держа в руках по пакету с покупками весьма нескромного размера. Следующим на очереди к посещению был отдел готового платья.
− Думаешь, мне пойдет такой фасон? − я с сомнением посмотрела на себя в зеркало.
На мне была ни дать, ни взять, комбинация из легкой струящейся ткани, с рукавами-фонариками, украшенная узорчатой лентой под грудью. Эта, с позволения сказать, верхняя одежда, очень напоминала платья в стиле ампир, которые носили на балах в моем мире два века назад.
− Даже не сомневайся, − заверила меня Кая. − К тому же, это очень стильно и модно, я своими глазами видела такой фасон в последнем журнале мод.
− Орана? − уточнила я, потому что шелк, из которого было сшито платье, больше подходил температурному режиму столице империи, чем приморскому Руаду.
− Что ты, в Оране такое не носят
− В Руаде я тоже не видела никого в подобном на улице.
− Конечно, это же платье для бала. Только представь, как тебя закружит в танце на балу высокий и красивый мужчина. Такой сильный и мужественный. А ты в этот момент будешь в этом дивном платье. Как это будет волнующе и романтично!
Представлять, как меня на балу будет кружить мой однокурсник, или, даже, старшекурсник, который будет все равно младше меня, мне решительно не хотелось. Хотя, по мечтательному выражению на лице Каи, с высокой степенью вероятности можно было предположить, что говорила она вовсе не о будущем бале, а о вполне реальном, том, который уже был в ее жизни. И у этого сильного и мужественного кавалера было вполне определенное лицо. И что-то мне подсказывало, что лицо это принадлежало не элину, а андру.