− Мое имя Стелла. Я помню это, как и то, что очнулась накануне в незнакомом мне месте, не понимая, как попала туда. А сегодня арин Деланиэль объяснил мне, каким образом это произошло.
− Стелла, − повторил за мной арин Лаэриэнь, − красивое имя. Вот только твой рассказ, к сожалению, слишком короток.
− Боюсь, арин Лаэриэнь, ничего кроме этого я рассказать не могу.
− Потому, что не знаешь, или потому, что не хочешь?
Да, мой собеседник был опасным противником. Мастером точных формулировок. И если бы я действительно была той, какой выглядела, юной пансионеркой, то у меня не было бы не единого шанса выиграть в этой словесной дуэли. Мне настоящей, той, за плечами у которой был многолетний опыт решения нестандартных ситуаций, коими моя работа изобиловала в избытке, было в этом отношении проще. Вот только дело было в том, что мне нельзя было выиграть. И проиграть было тоже нельзя.
− Как я могу рассказать о том, чего не помню? − произнесла я с грустной улыбкой. − В моей памяти ничего не отзывается о Заморье, и я даже не знаю, сколько мне лет.
Все, что я сказала, было правдой. Я действительно не имела представления о том мире, который они называли Заморьем. Как и о том, насколько лет помолодело мое тело, чтобы быть уверенной в своем точном возрасте. Несмотря на то, что мой ответ был вежливым и предельно честным, я ожидала услышать в ответ обвинения в хитрости. Однако этого не случилось.
− Умная. Смелая. Дерзкая. Как раз то, что нужно, − арин Лаэриэнь сумел удивить меня своим ответом.
Впрочем, как и арин Деланиэль, окрик которого я услышала из-за своей спины:
− Лаэриэнь! − я обернулась к арину Деланиэлю, удивленная такой его реакцией. − Даже то, что ты глава правящего рода, не дает тебе права так разговаривать с бедной девочкой.
− Эта бедная девочка, как ты выразился, не так проста, как кажется на первый взгляд, − возразил ему Лаэриэнь. − Впрочем, и на второй тоже.
Он внимательно посмотрел на меня, а потом спросил, глядя прямо в глаза:
− Что же мне с тобой делать?
Я молча смотрела на арина Лариэня, не произнося ничего в ответ. Но и не отводя взгляда.
− Ну, хорошо, пусть будет так, − он хлопнул в ладоши, и та тяжелая атмосфера, которая до этого царила в его кабинете, начала медленно таять. − В конце концов, мой дядя прав, и то, что произошло с тобой, действительно большое испытание. Кем бы ты не являлась на самом деле. Поэтому самым разумным сейчас для тебя будет отдохнуть. Комната для тебя уже готова. А мы продолжим этот разговор позже.
3
В воздухе пахло сосновым лесом и морем. Возможно, это было и не самым умным решением, но я просто не могла заставить себя сидеть в четырех стенах, пусть и весьма роскошных. А потому, подождав немного после того, как дверь комнаты, которую предоставили в мое распоряжение, закрылась, я вновь отворила ее, чтобы спуститься вниз, на первый этаж дома, чтобы постараться найти выход на улицу. Но, подойдя к лестнице, я замерла, услышав голоса, раздававшиеся снизу из гостиной.
− Ты не можешь поступить с ней так, − донесся до меня голос, принадлежавший, без сомнения, арину Деланиэлю.
− Как именно? − усмехнулся в ответ арин Лаэриэнь.
− Она не игрушка, чтобы вот так запросто распоряжаться ее жизнью. Чужой жизнью.
− Твое человеколюбие иногда поражает меня, дядя. Мы не можем, просто не имеем права отступать ни на шаг с того пути, по которому издревле следует наш род.
− Но это не запрещает нам проявлять милосердие к тем, кто слабее нас.
− Чтобы потом, окрепнув, они же и всадили нож в нашу спину? Ты слишком мягкосердечен, дорогой дядя. Или ты забыл, почему именно я возглавляю наш род?
− Ошибаешься. Я ничего на забыл. Но в том, что произошло с твоим отцом и моим братом была и его вина.
− А сестра? То, что случилось с ней, разве это можно объяснить законами всеобщей гармонии, за которые ты так ратуешь?
− Но мы ведь так и не знаем до конца, что произошло.
− Раанелия погибла. И то, что мы не смогли проводить ее так, как она того заслуживала, не изменяет этого факта. Лишь умножает нашу вину перед ней.
− И поэтому ты хочешь использовать эту девочку? Чтобы отомстить?
− Нет, − голос Лаэриэня вдруг сделался усталым. − Мне не нужна месть. И я не ищу справедливости. Я вершу ее сам, и для этого мне не нужно прятаться за женской юбкой. Но эта твоя подопечная, неужели ты всерьез думаешь, что она та, за кого себя выдает? Юная дева в беде, которая ничего не знает о жизни, не будет вести себя так, как она повела себя со мной.
− А ты не думаешь, что она просто очень смелая арайя?