По толпе прошел удивленный шепот.
– Это невозможно! – выкрикнул кто-то. – Такого просто быть не может!
– Напомню вам, – миролюбиво улыбнулся Сериз, – что до появления Морганы многие заклинания и магические практики считали нерабочими. Если кто хочет точных объяснений – мы передали все материалы исследований нашей бывшей хозяйки графу Блэкхоллу, можете с ним по этому поводу проконсультироваться.
Судебный представитель хлопнул глазами, открыл рот, явно не зная, что сказать. Потом, наконец, нашелся.
– Все равно ваше признание не может аннулировать приговор.
– Может! – жестко сказала я. – Потому что единственное, в чем эти люди виноваты, это в том, что родились среди простого народа.
Я уступила право охранять эшафот Мьюру. Он потеснил хмурого палача, а я вышла на самый краешек. Посмотрела на башню с часами, что стояла чуть поодаль, справа. Стрелки приближались к полудню, и у самого циферблата я заметила знакомую фигуру.
На самом деле на сцене стоял не Сериз, а всего лишь переодетый в его одежду и подражающий его манерам Флайс. Настоящий же умник был там, где ему более всего было комфортно колдовать – залез со своим фаготом повыше и выжидал.
Ждать оставалось недолго.
– Люди другого мира, – развела я руками. – Мы с вами еще не знакомы, но я, леди-попаданка, приветствую вас в этот день! Я оказалась здесь совсем недавно и была ужасно удивлена тому, насколько ваш мир дик и не цивилизован. Насколько не развита здесь медицина. Насколько плохо правительство относится к своему народу.
– Это та самая! – вдруг громко сказал кто-то. – Так самая! Она про соль рассказал! Она же!
Народ закипел и двинулся к эшафоту, протягивая ко мне руки. Я сделала шаг назад а гвардейцы, не зная за кого заступаться и что делать, придержали осторожно людей на расстоянии.
– Вылечите нас! – причали люди. – Спасите!
– Избавительница от холеры! – почти плакала какая-то женщина. – Только благодаря вам мои дети выжили!
– Почему, почему это происходит с нами! – кричал еще кто-то. – Неужто боги и правда обиделись на нас?! Или это все Моргана?! Или – Эрнест Август?! В чем причина?
– Да, в чем причина!? – подхватили за ним.
– Тихо! – осадила я всех, чуть не сорвав горло.
Люди чуть шарахнулись, но галдеть перестали и застыли, смотря на меня как пришедшее на землю божество.
– Никто не виноват! – сообщила я. – Никто. В нашем мире такие вещи называются не иначе, чем экологическими катастрофами и стихийными бедствиями. Объясню же!
Я откашлялась и продолжила, говоря как можно проще.
– Вы видели когда-нибудь, как пенятся дрожжи? – спросила я. – Совершенно обычное тесто, если добавить в него опару, становится пышным и наполненным воздухом. Вы знаете, как делают вино? Фрукты или ягоды сбраживаются, пузырятся, источая неприятный запах. Здесь – то же самое. Все помои, все отходы, что скопились в сточных канавах, сейчас ведут себя примерно как указанные мной субстанции. Они не пузырятся, но ужасно воняют из-за жары. Это понятно?
Люди закивали. Вино и хлеб были знакомы всем.
– Дело не в запахе, как считают местные ученые, – сказала я, подняв палец к небу. – Дышать смрадом не так уж и вредно, пусть и ужасно неприятно. Дело в самих нечистотах. Вы пьете алкоголь – и пьянеете. Здесь – тот же принцип, только через воды и грязь холера попадает в ваши тела. Одно касание к больным и грязи, один брызг помоев, и вся эта дрянь, эта ужасная субстанция, попадает на кожу, на одежду, на руки. Руки мы тянем к лицу, с лица мельчайшие частички дряни попадают в рот. Таким образом распространяется зараза. Все еще ясно?!
– Да, леди! – заорали взбудоражено люди.
– Уберемся! – заорал кто-то истошно. – Будем мыться!
– Если станет чисто, холера уйдет!
– Верно, – улыбнулась им я. – Как же я рада, что вы такие умные! Однако…
Люди чуть испуганно замерли.
– Однако поддерживать чистоту будет достаточно сложно, – сказала я. – Нынешняя система отведения отходов несовершенно. И вот тут я все же могу указать вам на виновника ваших страданий. Была бы у вас канализация, вы бы уже избежали повторения холеры! Заметили же, что она приходит летом, в жару, когда сточные канавы переполняются и дождь не может вымыть все в реку?