Прием пищи, таким образом, боролся не только с голодом, но и поддерживал наши отношения. Пусть папа был простым водителем лесовоза, а мама – библиотекарем, они хорошо ладили. Даже если ругались – потом довольно мило мирились. Отец обычно, кряхтя и бухтя себе под нос, уходил из дома куда-то. Мать металась из угла в угол, беспокоясь, вернется ли. Но он всегда возвращался. Тащил ей ее любимые рафаэлки. Если денег лишних совсем не было – нарывал цветов, если была зима – занимал у друзей и притаскивал из кафе две порции горячего латте. И они мирились.
А Моргана имела трех невероятных парней – сильных магов, к тому же еще и красавцев – и вообще их не ценила. Меня это ставило в тупик. Ну и что, что внутри там не живые органы, а шестеренки?! Мьюр совершенно не выглядел фальшивкой, человек как человек.
“Ну и пошла она в пешее эротическое, – подумала я о Моргане. – По крайней мере, я могу постараться быть лучше нее”.
Я поставила стол в середине кухни и, осмотрев дом, притащила к нему еще один стул. Пока искала – нашла вход в подвал и обнаружила там какие-никакие запасы еды. Зерно, муку, сахар, соль, даже присыпанные песком овощи и соленья в банках. И шкаф с вином. Так что вопрос с едой был решен на какое-то время.
Повозившись с очагом – спасибо опыту жизни в частном доме, огонь я разжигать умела – я сварила себе риса в небольшой кастрюльке. Потом достала банку грибов и пообещала, что поем, но только после того, как уберу еще одну комнату.
Второй на очереди стала спальня. Я выбрала комнату на первом этаже – ту самую, что явно ранее принадлежала Моргане. Беспокоил меня вопрос о том, где будет спать Мьюр и надо ли ему вообще спать. Пообещала себе, что если все же надо – помогу ему убрать еще одну комнату.
За следующие два часа я проделала со спальней ведьмы то же, что и с кухней, только тяжелую мебель выносить не стала, а просто сдвинула в центр. Починила без особого труда дверцу шкафа. Вытащила на улицу матрас и уже хотела начать полоскать, как ко мне буквально подскочил Мьюр и вывел плесень магией. Подсказал, где можно найти постельное белье. Я нашла, но пришлось долго перебирать его в поисках экземпляров, которые не сожрала моль. Найдя что-то наименее пострадавшее, заправила постель, даже подушками разжилась и одеялом. Помыла полы, стены, потолок, окна.
Помыла и поняла, что уже так сильно замучилась, что даже есть не хочется – только спать. На улице была глубокая ночь.
Пошатываясь, я вышла из дома чтобы поискать Мьюра.
Парень тоже заканчивал свой монументальный труд. То, что он делал, выглядело весьма красиво и мило. Казалось, что он занимается садоводством, а не защиту строит.
Мьюр взял лопату, раскапывал небольшую траншею, бросал семена и тут же выращивал магией высокие, до самого пояса, разноцветные люпины. Между ними он натягивал с клубка красную шерстяную нитку, переплетая ее вокруг стеблей причудливой вязью. Теперь он работал с тускло светящимся фонарем, разгоняя ночную мглу. Внутри у него все еще тикало, хотя он приходил ко мне за подзаводкой уже раза три.
Когда я подошла, Мьюр как раз заканчивал.
– Прости, – сказал он, связав два конца нитки на самой дорожке перед выездом. – Пришлось заблокировать дорогу.
– Все хорошо, – кивнула я. – Лучше так, чем пасть жертвами козней местного короля.
Я осмотрела ровную изгородь из люпинов и улыбнулась.
– Красиво. И не скажешь, что магическая защита.
Мьюр осторожно улыбнулся, а потом неожиданно щелкнул пальцами. Шерстяная нить, что он плел между люпинов, мягко засветилась, а над ней ней загорелись мягким светом соцветия – будто в каждом бутончике свечка зажглась. Я замерла, любуясь этой невероятной красотищей. Вверх от цветочной изгороди принялись подниматься легкие, словно пузырьки, белые хлопья магии.
– Если наполнить ее магией каждый день, – кивнул серьезно Мьюр, – до нас даже армия демонов не доберется.
– Ты молодец, – кивнула я. – Хорошо потрудился.
Парень смущенно улыбнулся и отвел взгляд.
– Спасибо, госпожа. Мне приятно, что ты оценила.
– Сильно устал? – уточнила я.