– Это несправедливо, – вздохнула я. – Впрочем, смотря какие инновации. Но даже так – я бы, если бы у меня был выбор, примкнула к ведьмам и колдунам. Это мне привычнее и понятнее. Не люблю стазис.
– Странно, с твоим темпераментом я думал, что тебе ближе волшебники, – хмыкнул Мьюр.
– Что плохого в том, чтобы хотеть сделать мир лучше? – пожала плечами я.
– А, вон оно как, – в голосе Мьюра я услышала улыбку. – Понятно.
– А что Моргана? – капризно спросила я, будто пытаясь выклянчать у Мьюра, чтобы он пожаловался мне на нее.
– Она прежде всего хотела изменить свой мир, – сказал он. – По крайней мере она так говорила. Но я думаю, что за этими грубоватыми словами она имела в виду, что ей было бы куда приятнее жить в чистом и спокойном мире, где все счастливы. Это тоже, по своему, неплохо.
– Пожалуй, – улыбнулась я.
Прищурившись, осмотрелась. Солнце садилось прямо перед нами, няряя в океан. Мы летели вдоль скалистого побережья. Под нами об скалы и рифы разбивались волны, спереди был ярко отражающий солнце океан, справа – горы. Красота неописуемая, если честно, если бы только глаза так не резало.
– До темноты не успеем, – с досадой сказал Мьюр. – Солнце вот-вот сядет…
И правда – солнце садилось с невообразимой скоростью. Вот оно нырнул под воду, а за этим и дорожка на глади моря потухла. Я с облегчением проморгалась, и когда перед глазами перестали гореть яркие пятна, увидела впереди поднимающиеся в небо столбы дыма. Они были так далеко, что я не могла толком рассмотреть, что там такое.
– Опять какие-то заводы? – спросила я озадаченно. – Еще одна экологическая катастрофа?
– Нет, – сказал напряженно Мьюр. – По моим расчетам мы приближаемся к Клифмуту, южному порту. Он находится в бухте, и… скорее всего там сейчас пожар.
– Плохо, – нахмурилась я.
Дальше мы летели молча.
Я молилась всем богам, местным и своим, чтобы в городе все было нормально, но там, увы, все было хуже некуда. На окраине, за городом, я заметила большой палаточный лагерь с кучей костров. Полевой госпиталь – дошло до меня. А также – могильник. Мьюр тоже это заметил и выругался.
– Кажется, холеру и сюда принесло, – заметил он. – И на фоне этого еще Сериз… ох и задам же я ему трепку, когда мы до него доберемся.
Вторым тревожным звонком стали полностью пустые улицы. Видимо все кто мог убраться из города, уже убрались, а те кто не мог – спрятались и носа не высовывали. Потом мы долетели до баррикады, установленной довольно близко от порта. Улицы были перегорожены нагромождением мешков с песком и всякого подвернувшегося под руку крепкого мусора.
– Остановись-ка, зависни, – попросила я, когда мы оказались достаточно близко к баррикадам.
Люди пока держались, отстреливаясь из мушкетов из-за баррикад. Но то, что на них шло… никогда бы не подумала, что смогу стать свидетельницей нашествия зомби. Зрелище было далеко не аппетитным и я решила вниз лишний раз не смотреть.
– Ужас, – сглотнула я, но все же взяла себя в руки. – И… есть идеи, где искать Сериза?
– Прислушайся, – попросил Мьюр.
Я задержала дыхание и с трудом, но уловила музыку, которую ветер швырял из стороны в сторону. Напрягшись, даже поняла, что это что-то духовое. Флейта? Дудка? Нет, звучало как-то иначе. Глубже что ли, даже немного зловеще. Так различаются голос пианино и органа.
– Фагот, – подсказал мне Мьюр.
– Никогда не видела этот инструмент, – призналась я. – Необычно.
– И очень непрактично, – буркнул Мьюр. – Таскать с собой эту бандуру… увольте. Я бы на его месте научился играть на чем-нибудь более компактном. Он ведь использует музыку чтобы управлять своими детищами…
Маневрируя в воздушных потоках между столбами дыма – в городе было несколько пожаров, которые кое-как тушили – мы полетели на звук. Удивительно, но шел он со стороны порта, а не со стороны захваченной части города. Приблизившись к рядам красивых, как из фильма про пиратов, фрегатов, Мьюр завис в воздухе, оглядываясь.