А потом можно будет схватить неугодных гвардейцев, что нас штурмовали, за то, что вместо того, чтобы убить нас, они нас “выпустили”. Надо же было как-то оправдывать появление дракона над городом!
Короче, отчасти сыграли мы на руку этому гаду. Как пить дать. А все почему?
Да потому, что в отличие от Эрнеста Августа мы не могли вообще никак рассказать ни о своих целях, ни о своих планах. Мы не могли спекулировать информацией, поворачивая общественное мнение к нам носом и к королю – задом.
Именно потому нам как никогда был нужен доступ к сопротивлению. Если у них есть газета, то они смогут сделать это за нас.
– Не переживай, – поддержал меня Сериз. – Если хорошо подумать, то, как дело обернулось, нам только на руку.
– Ты о чем? – спросила я, а потом до меня дошло. – А… а ведь и правда. Если мы всем покажем, что на самом деле те гвардейцы – невинные овечки на заклание, то это будет большой удар по репутации короля. А репутация его и так – не ахти какая…
– Верно поняла, умница, – хитро усмехнулся Сериз. – Форсируем события! Лучше чем сейчас обстановки для поднятия восстания просто не придумать!
– Да только как нам добраться до этого восстания? – спросила я. – Я, честно, не прочь, ребята, отдать вам вашу броню и примкнуть к бастующим. Толпа крестьян с вилами – это, конечно, сила, но толпа крестьян с вилами и двумя драконами, все же, лучше. Даже звучит надежнее.
– Положись на Джека, – напомнил мне Сериз. – Он не дурак, к тому же он всегда был на стороне старого короля и его дочери, а Эрнеста Августа не переваривает. Наверняка сложил, старый волк, два и два и понял, что мы задумали. Я тебя уверяю, он шустро сообщит принцессе Виктории. Вот увидишь, она до конца дня будет здесь. В крайнем случае – завтра утром.
Я кивнула. Потом вздохнула:
– Эх, если бы мы могли хоть как-то наблюдать за настроениями в городе. Завернуться что ли в какое-нибудь тряпье и сходить, чтобы просто разведать обстановку. С местными поговорить. А то вот мы думаем, что народ Эрнеста Августа ненавидит, а вдруг напротив, люди в нем спасителя видят?
– Не видят, – покачал головой Сериз. – Уж поверь мне, я нищим довольно долго притворялся, собирал информацию. Все для восстания уже готово.
– А чтобы следить за настроениями в город ходить необязательно, – мягко сообщил Мьюр. – Я уже обзавелся там шпионами.
Он подошел к столу и неожиданно вытащил из кармана пару медных монет. Показал их мне. Потом повернулся к Серизу.
– Сколько сейчас времени?
Тот достал из нагрудного кармана часы на цепочке и кивнул.
– Без трех минут восемь.
– Отлично, новые газеты наверняка уже поступили в продажу, – кивнул Мьюр, и повернулся ко мне. – На данный момент я обзавелся тремя источниками информации. Смотрите. Это – первый.
Он развел руки. Его ладони покрылись хлопьями магии, похожими на тополиный пух, и Мьюр неожиданно громко хлопнул в ладоши. Пух полетел во все стороны, я даже глаза прикрыла. А когда открыла, то увидела, что две монетки, что Мьюр положил на стол, пропали, а на их место мягко опала газета.
Я радостно, словно ребенок на концерте фокусника, похлопала в ладоши.
– Круто! – одобрила я.
Сериз забрал газету и тут же кивнул.
– Ага, – сказал он, – а вот и статья. Гвардейцы пойманы на сговоре с ведьмой.
Он пробежал статью глазами и вскинул брови. Потом посмотрел на нас ошарашенно.
– Казнь?
– И это во время холеры, когда и так ощущается нехватка рук, – закатил глаза Мьюр. – Отвратительно. Когда будет казнь?
– Через неделю, – сказал Сериз.
– Нельзя этого допустить! – возмутилась я. – Это совсем беспредел!
– Естественно нельзя, – согласился Мьюр. – Да только… как бы подло это не звучало, а это – отличный триггер для поднятия восстания. Так что я думаю заговорщики сейчас точат ножи и прогревают толпу.
Он потер подбородок, пото отмахнулся.
– Едем дальше. Итак, источник информации номер два.
Он снова громко хлопнул и на стол свалилась листовка. Я такую уже вчера видела – листок восстания. Сериз забрал его и, пробежав глазами, удовлетворенно кивнул.