Эданна оказалась покрепче любовника, завизжала, кинулась к нему...
- Филиппо! Филиппо, умоляю!!! Это все ты! ТЫ!!!
Адриенна посмотрела на нее с отвращением.
- Я, королева Адриенна Сибеллин, приговариваю эданну Франческу Вилецци к смерти. За государственную измену, чернокнижие, участие в черных мессах и убийство людей. Доказательства находятся в ордене доминиканцев. Приговор приказываю привести в исполнение - немедленно.
Один из балахонов сделал шаг вперед.
Франческа завизжала, но...
Уйти от Мии?
От нее никто и никогда не уходил живым. Только кинжал свистнул, вошел эданне Вилецци точно в горло, в ямочку между ключицами...
Адриенна равнодушно оглядела два тела у подножия трона.
Они лежали рядом. Король и его любовница. Любимая.
Женщина, которая принесла столько зла, которая могла бы принести еще больше горя на ее землю...
- Унесите их в часовню. Положите рядом. Он так хотел бы. Пусть остаются там на три дня, потом похороните рядом, в усыпальнице Эрвлинов.
- Да, ваше величество.
Зал заполнили доминиканцы. Их было много, так много... человек тридцать, не меньше. Придворные замерли, понимая, что у них на глазах происходят исторические события.
Это вам не коронация, тут все интереснее. О таком и пра-правнукам рассказывают...
Адриенна прошла к трону, уселась на него.
Один из монахов с поклоном подал ей принца.
Женщина обвела взглядом зал.
- Я, Адриенна Сибеллин, приказываю. Собрать завтра Совет. Пока мой сын еще мал, я буду при нем регентом, вместе с Советом. Надеюсь, дан Альметто, вы оповестите всех участников?
Канцлер - и откуда только взялся? - послушно поклонился Адриенне.
- Ваше величество, ваша воля - закон для меня.
- Дан Баттиста, дан Брунелли... вы слышали. Поскольку кардинал Санторо умер, его должность займет отец Томазо, присутствующий здесь.
- Ваше величество, - такой подставы доминиканец явно не ожидал. - Но я...
- Хотя бы на какое-то время. Пока не найдется тот, кто сможет представлять церковную власть в Совете.
- Да, ваше величество, - смирился мужчина.
Адриенна кивнула.
Может, она бы и еще что-то сказала, но... пискнул малыш на ее руках.
И... все изменилось.
Не стало королевы и воительницы. Осталась мать, которая с нежностью склонилась к кулечку.
- Что, мое солнышко?
Недовольный писк был ей ответом.
- Кушать? Да?
Адриенна чуточку растеряно обвела взглядом зал. Понятно же, надо кормить малыша, но...
- Ваше величество, вы позволите? - эданна Чиприани сияющая, словно ясно солнышко, ловким жестом добыла откуда-то большое покрывало. Кружево, черное, легкое.... Его она и накинула на плечи королеве. А потом помогла расстегнуть платье.
И через несколько минут малыш зачмокал, впившись в мамину грудь.
А придворные вдруг поняли, ЧТО произошло.
Сначала зааплодировал кто-то один. Потом второй, третий...
Ровно через пять секунд зал содрогнулся от воплей.
- УРРРРАААААА!
Адриенна улыбнулась. Она даже руку поднять не могла - поддерживала ребенка. Но люди все равно поняли.
Король умер?
Да здравствует король! И королева!
***
В своих покоях Адриенна упала на кровать.
Вытянулась.
Секундой позже слева упал Лоренцо.
Справа - Мия.
Раскинулись, дружно выдохнули, поглядели в потолок. На нем затейливо сплетались зеленые дубовые ветви, сквозь них пробивалось солнце... даже Эрвлины не решились изуродовать эту красоту.
- Это конец - или начало? - тихо спросила Адриенна.
- Начало, - ответил Лоренцо, ловя ее руку и целуя запястье. - Это только начало, любимая.
- И неплохое, - согласилась Мия. - сейчас поваляюсь чуток, да пойду, сменю Зеки-фрая, пока Эва ему ничего не отгрызла.
- Да уж, буянка у тебя растет, - фыркнула Адриенна.
- Твой не лучше.
Малышня решительно отказывалась жить друг без друга.
Эванджелина требовала Чезаре, принц бунтовал без подруги. К малышу Дженнаро они отнеслись достаточно спокойно.
Есть он?
Ну и ладно, пусть будет. Главное, чтобы их не разлучали...
Адриенна держалась одной рукой за ладонь Мии, другой рукой сжимала пальцы Лоренцо, и вспоминала.
День был жутким...
Ночь, после всего случившегося - тоже, но день - особенно. Хотя что они такого сделали?
Доминиканцы просто приехали за наследным принцем, и доставили всю компанию к себе в монастырь. И всех Лаццо, и Зеки-фрая, и его детей, и малышню... Мия и Адриенна с огромным удовольствием разобрали своих детей.
Безумно тяжело, когда вынужден отдавать их, уходить... хорошо хоть был шанс вернуться.
Хорошо, что они справились.
А остальное...
Кто бы запретил доминиканцам вход во дворец? Даже смешно как-то... и прошли, и Адриенна с ними, и Феретти... кто там будет смотреть под рясами?