Я сбросил звонок и набрал Ройса. Пока Реджина делала какие-то записи, я передал ему разговор с Анной. Теперь у нас остались считанные часы, чтобы добраться до Канады и выпустить трех монстров.
– Никто из них не должен прийти в сознание в полете, – сказал я Реджине.
Тяжелый вздох стал мне ответом.
План пришлось перекроить за один час. Джиджи вместе с животными отправилась в квартиру Анны, к ней вылетели Кайла и Майк, а Энзо отправился прямиком в Чикаго, где мы и должны были встретиться с ним. Пэйдж и Билл оставались здесь, чтобы вылететь с Анной прямым рейсом в Америку, а мы погружались в джет. Реджина взяла с собой минимальное оборудование, чтобы следить за состоянием Алекс, Тима и Теи. И если в организме Тима и Теи была мощная доза снотворного, то Алекс так и не пришла в сознание.
Мы прикрутили кушетки к полу и стенкам джета, закрепили каждого из них кожаными ремнями к ней, но я все равно не отходил от Алекс. Выражение ее лица было безмятежным, и это уничтожало меня, ведь я знал, что сейчас внутри нее проходит кровопролитное сражение. Я склонился и провел кончиками пальцев по ее подбородку.
– Давай, птичка, выбирайся, – шепот сорвался с моих губ, но она не отреагировала на него.
Чуда не произошло. Я вытащил из кармана шприц с антидотом. У меня был план на случай, если Алекс так и не очнется. И я точно знал, что Алекс он не понравится.
Потому что если она не одержит победу, то я лично вырежу чип и введу антидот.
Глава 44. Алекс
Тьма сгущалась, становилась плотнее и давила с такой силой, что не давала возможности подняться. Голос гремел, прерываемый лишь ревом монстра. Мой кошмар повторялся до тех пор, пока не поблек и не исчез. Остался только холод, голод и вонь табачного дыма. От него тошнотворно кружилась голова, а веки слипались. Я знала, что нельзя закрывать глаза. Нельзя позволять монстру хоть на мгновение забрать себе контроль, иначе я никогда его не верну.
В последнее время пространство подрагивало, словно что-то происходило снаружи. Где-то вдали сквозь тьму пробивался свет, и я ползла к нему, зная, что как только почувствую на лице теплый луч, то смогу выбраться из этого ада. Детский плачь далеким эхом доносился до слуха, но я игнорировала его. Я упорно пробиралась сквозь тьму и не позволяла монстру вцепиться в себя.
Силы стремительно заканчивались. Голос Профессора становился громче. Он настойчиво повторял слова, подгоняя меня к свету. Каждой клеточкой тела я желала вырваться из омута и отправиться в Чикаго.
Желание стало таким отчаянным, будто бы от этого зависела моя жизнь. Из последних сил я ползла, вырываясь из хватки монстра и отмахиваясь от теней.
Еще немного.
Еще чуть-чуть.
Тени обвились вокруг моей шеи, но к тому моменту луч света коснулся тыльной стороны ладони. Я потянулась к нему, стиснув зубы, и наконец-то почувствовала тепло. Мощный поток света ослепил меня. Легкие наполнились опьяняющим кислородом, от которого я едва не задохнулась. Жадно хватая его, я пыталась выбраться из новой хватки. Кожаные ремни удерживали меня на месте, и на мгновение я предположила, что снова оказалась в плену Профессора. Разрушительная сила наполнила вены. Ремни лопнули под моим натиском, пространство обрело очертания, какофония звуков обрушилась на меня, оглушая. Чьи-то руки обхватили мое лицо, а голова закрыла от света.
– Рэй, – выдохнула я, узнавая прикосновение.
Мое сердце неистово билось в груди, но чем дольше он прикасался ко мне, тем быстрее выравнивалась ритм.
– Алекс, – настойчиво позвал Рэй, обеспокоено заглядывая в мои глаза, – ты в порядке?
– Да, – из меня вырвалось низкое рычание, принадлежавшее монстру.
Я тряхнула головой и вцепилась пальцами в кушетку, чувствуя, как контроль буквально вырывают из моих рук. Глубокий вдох помог привести мысли в порядок. С помощью Рэя я встала и обвела медленным взглядом остальных Соколов. Пульсирующая боль зарождалась в груди и с каждой секундой охватывала все тело. Крик без спроса вырвался из меня, и я упала на колени. Казалось, что под кожей рвутся мышцы и суставы. Монстр жаждал вырваться наружу, но я не хотела выпускать его.
– Не провоцируй меня, – прорычала я, не давая Рэю приблизиться, – его нельзя выпускать.
Реджина в нескольких метрах от меня опустилась на корточки. Строгий взгляд, которым она одарила меня, ощущался, как удар хлыста.
– Не сдавайся, – твердо сказала она, и я кивнула.
Не без труда я поднялась и покачнулась. Сознание разрывалось, выбрасывало случайные воспоминания, искажая реальность. Рэй и Броуди внезапно исчезли, и теперь мне казалось, что мы летим в Чикаго, чтобы вызволить Ройса.