Огонь стремительно разрастался, словно кто-то успел разлить керосин. Дым щекотал горло, но у меня не было при себе маски. Пришлось согнуть руку, приложить ее ко рту и медленно вдыхать. Как ни странно, я не чувствовала паники. Во мне проснулись животные инстинкты, и теперь я преследовала свою добычу.
Я чувствовала запах его страха, шлейфом тянувшийся за ним сквозь гарь. Громкий треск заставил меня остановиться. Видимо, одна из стен не выдержала и рухнула, но я не понимала, какая из.
Надеюсь, не та, где скрывался Угго.
Я знала, что он не мог далеко уйти. Если Профессор умел выживать, то Угго – нет. Особняк полыхал и разрушалась, и где-то среди этих руин скрывался Угго. Воспоминания мелькали перед глазами, заволакивали глаза пеленой. Жажда убийства заполонила меня, вытесняя страх.
В этой части дома его не оказалось. Я собиралась вернуться, как заметила, что одна из картин была сдвинута. Мое сердце пропустило удар, но не от испуга, а от предвкушения. Картина скрывала другой вход в подвал, и, видимо, именно там собирался скрыться Угго.
Чертовая ирония.
Монстр царапнул когтями сознания, выпрашивая немного контроля. Я не доверяла себе в эту секунду, так что позволила ему завладеть моими эмоциями. Воздух прорезал тяжелый вздох, который обычный человек не услышал бы. Уголок моих губ дрогнул. Я знала, что Угго здесь. Пытается спрятаться там, где когда-то держал меня.
Пуля рассекла воздух со свистом и врезалась в мою грудь. Туда, где билось сердце.
– Ты же знаешь, как убить Сокола, – не своим голосом произнесла я, – так сделай это.
От второй пули я увернулась. Тихий смех сорвался с моих губ, но быстро прервался, когда я уловила поток свежего воздуха. Монстр зарычал, впиваясь когтями в мое сердце. Я рванула за Угго, в прыжке сбила его, и мы оба рухнули на сырую землю. Пистолет выпал из его рук и отлетел в сторону, но я знала, что при себе у него осталось оружие.
Я прострелила ему обе руки и только после поднялась. Тень укрыла меня от его взора, но я больше не собиралась скрываться. Угго скорчился на полу, прижимая раненные руки к груди. Он стиснул зубы, но сквозь них пробилось низкое, болезненное рычание, которое зазвучало прекрасной мелодией для моих ушей. Ненависть к нему достигла апогея.
Я не хотела сейчас раскрывать правду, хоть и заметила, как в его глазах проскользнула догадка, но он быстро отмахнулся от нее. Я схватила его за шиворот и потащила обратно в зал, где и собиралась устроить казнь.
Угго хрипел, извивался под моими пальцами, но его сопротивление казалось жалким. Вся его власть и величие рассыпалось так же, как и потолок над залом. Я тащила его, как побитую крысу.
Я чувствовала запах дыма и впервые вдыхала его, не испытывая страха. Только первобытный голод, который могла бы утолить его смертью.
Глаза все еще заволакивала пелена, и слезы едва не пролились, когда мы прошли мимо моей клетки. Я замера на секунду, обещая той маленькой девочке, что сегодня кошмар закончится. Что сегодня она наконец-то станет свободной.
Я не знала, чего хотела больше: увидеть, как из его глаз исчезает жизнь, или же получить ответы на свои вопросы. Как только мы оказались в зале, я толкнула его вперед, в то место, где выстрелила в Рэя. Угго вскинул голову, его взгляд лихорадочно метался по залу в поисках помощи. Но здесь были только я и Соколы.
Странный шум привлек наше внимание. Соколы одновременно вскинули оружие, но, когда я увидела, кто именно зашел в зал, взмахом руки заставила их опустить.
Армандо, Эмилио, Торе, его жена Франческа, Пьетро, Орландо и… Вэнна.
– Ты должен был увести их, – низким голосом сказала я, стараясь смотреть только на Армандо.
– Я сделал то, что должен был.
Эмилио дернул его за предплечье, но Армандо выкрутился и отступил к матери, которая теперь всматривалась в мое лицо. Я упрямо посмотрела ей в глаза, надеясь, что она поверит без доказательств. Что мне не придется унижаться и сталкиваться с ненавистью, в которой я жила все детство.
Я не хотела, чтобы они поняли меня.
Я хотела, чтобы они признали мое существование.
– Кто ты такая? – голос Эмилио ударил по мне хлыстом. Это почувствовала не только я, но и Соколы. В два счета они окружили меня, готовые защитить в любую секунду.
– Твоя сестра, – сказал вошедший Энзо. Позади него Джекс тащил избитого Моргана, а замыкала процессию Реджина, лицо которой было покрыто кровью.
Эмилио вытащил пистолет, но не успел даже навести дуло на Энзо, как я выстрелила в его ладонь, чем заставила всех вздрогнуть. Энзо примирительно вскинул руки и приблизился ко мне.