Холодный свет ламп ударил по глазам. Я зажмурилась, пока Реджина и остальные врачи слаженно действовали вокруг меня.
– Головка уже низко, – услышала я голос Реджины, и мои глаза расширились. – Джиджи, слушай меня внимательно.
Я нервно закивала, но ее слова потонули в гуле, который раздался в ушах. Страх исчез, осталась только яростная решимость вытолкнуть эту боль наружу и наконец услышать тот самый первый крик.
– Зефирчик, – сквозь гвалт голосов прорвался тот, что принадлежал Ройсу, – на схватке – глубокий вдох.
Пот застилал глаза, рот наполнился кровью от того, как сильно я прикусила губу, лишь бы не закричать. Это было похоже на взрыв изнутри. Каждый дюйм кожи горел, сердце лихорадочно стучало в груди, но я делала все так, как говорил Ройс, не имея ни малейшего понятия, откуда он так осведомлен о родах.
Я напряглась так, что в глазах потемнело, а в ушах зазвенело. Только теплая ладонь Ройса удерживала меня в реальности и ласковый шепот. Он повторял, как сильно любит меня, как гордится тем, какая я сильная. Слезы перемешались с потом и стекали по лицу. Я кричала, трясла головой, умоляя малышку ускориться.
И вдруг – все закончилось.
Я рухнула на подушки, жадно втягивая воздух. Мир замер и подернулся серой дымкой. Тяжелая тишина придавила меня к кушетке, а через секунду ее разорвал возмущенный крик.
Из меня вырвался всхлипывающий вздох. Слезы ручьем хлынули по щекам, обжигая кожу. Мощное облегчение затопило каждую клеточку тела, пока ребенок сотрясал своим криком стены. Я видела маленькое, розовое тельце, видела, как Ройс невидящим взглядом смотрит на нее, а по его щеке скатывается слеза.
– Привет, маленький Сокол, – тихо, едва слышно сказал он, но я уловила каждое слово.
Реджина положила малышку мне на грудь. Я смотрела на нее, такую крошечную и мокрую, сжимающую маленькие кулачки, и не могла поверить, что она моя. Ее тепло было обжигающим, кожа – невероятно нежной. Она тут же прильнула ко мне, и я почувствовала, как в груди что-то с треском лопнуло, обнажаю лавину любви.
Я плакала, не вытирая слез. Я чувствовала дикую усталость, но боялась закрыть глаза. Ройс склонился надо мной и мягко поцеловал в лоб. Столько любви, нежности и заботы отпечаталось на его лице, что у меня перехватило дыхание.
– Привет, Райли, – сказала я, касаясь ее маленьких пальчиков, – мама и папа здесь.
Ройс вздрогнул, когда услышал, как я назвала его папой. Я знала, что прежде, чем он сможет взять ее на ручки, нужно перерезать пуповину и обтереть ее пеленкой. Я хотела увидеть, как он будет держать нашу малышку на руках.
Он перерезал пуповину, и Реджина забрала Райли. Я заметила, как его руки дрожали, а капельки пота проступили на лбу. Он годами держал в руках тяжелое оружие, а теперь волновался, боясь взять на руки дочь.
Как только ему отдали Райли, он замер. Смотрел на нее и не дышал, словно один вздох мог причинить ей боль. Столько любви было в его в глазах, что я не выдержала и всхлипнула, смотря на них.
– Она такая крошечная, – тихо сказал он.
Мои веки словно налились свинцом. Я закрыла глаза и прошептала:
– Я люблю тебя.
Я проснулась в комнате, залитой солнечным светом. Рука инстинктивно потянулась к животу, пока осознание на полной скорости не врезалось в голову. Судорожный вздох сорвался с моих губ. Не успела я приподняться, как тело прошила острая боль.
– Зефирчик, не двигайся, – взволнованно сказал Ройс и сразу оказался рядом со мной.
– С ней все в порядке? Реджина что-нибудь говорила?
Мягкая улыбка возникла на его губах и сразу же успокоила меня.
– 9/10 по шкале Апгар. 3,5 килограмма и 50 сантиметров.
Я приложила руку ко лбу, чувствуя, как сердцебиение выравнивается. Ройс прижался к моим губам, скользя кончиками пальцев по щеке.
– Она невероятная, Джи. Реджина сказала, что Райли настоящий боец. Даже не пискнула, когда ее осматривали.
– Она спит?
Он кивнул, и вокруг его глаз возникли морщинки. Я прижалась щекой к его ладони, наслаждаясь его прикосновением. В дверь постучали, и Ройс тут же напрягся и поднялся. Когда она приоткрылась, я увидела Рэя, а за ним и всех остальных:
– Мы услышали вас, – неопределенно сказал он, и его взгляд тут же отыскал меня.
Не успел Ройс сказать «заходите», как Рэй стремительно сократил расстояние и обнял меня.
– Ты в порядке? – пробормотал он, гладя меня по волосам.