– Ты остаешься здесь, – бросил я ему и вышел из машины, попутно цепляя маску.
Ярость стала единственной эмоцией, удерживающей меня на плаву. Я питался ею, обострял до предела, источал с такой силой, что воздух вокруг меня казался разреженным. Я не мог отказаться от нее, потому что не понимал, что скрывалось за ней. Казалось, там плотная, беспросветная тьма, способная утянуть меня в пустоту.
Я закрыл глаза, втянул воздух, а когда открыл их, то увидел алую пелену. Двумя точными выстрелами я сбил с ног копов, стоящих на границе. Вдалеке раздавались выстрелы, и счет пошел на минуты. Мы должны были не только помочь Соколам, но и угнать еще одну машину.
Мелкими перебежками мы приближались к границе. Я бросил быстрый взгляд на Броуди, убеждаясь, что ему не грозит опасность. Затем посмотрел на Джиджи и Ройса, чтобы не терять их из поля зрения. И только потом двинулся дальше.
Чем ближе мы подходили к границе, тем громче становился хохот Пэйдж. Я не знал, кто решится сказать ей правду. В прошлый раз ее смогли усыпить снотворным, в этот – запасы остались только на Джекса.
Отключив все эмоции, я опустошил обойму и достал нож. Внутри меня медленно поднималась тьма. Она была голодна. Она жаждала крови. И эта жажда ослепила меня настолько, что вокруг меня образовался вакуум. Я не слышал никаких звуков. Я видел только бледную кожу и просачивающиеся сквозь нее вены. Мое лезвие набросилось, как гадюка. Капли крови брызнули на лицо, и я втянул ее аромат, не ощущая ничего.
Ни одной эмоции.
Я вдавливал лезвие, вспарывал кожу, выпускал кровь, но ничего не испытывал. Словно моя жажда обернулась черной дырой и всасывала, всасывала, всасывала. Потребность разрасталась, становилась такой невыносимой, что я понимал: мне придется убить здесь всех, чтобы хотя бы попытаться усмирить ее.
– Сосите, уебки! – выкрикнула по-русски Пэйдж, и на этот раз мне не требовался перевод.
Прогремел очередной взрыв, и земля завибрировала под ногами. В этом хаосе сложно было разобрать, что, черт возьми, происходит. Но когда я увидел Билла, отбрасывающего от себя копа, в груди возник странный гул, подобно тому, если бы там разлилось облегчение. Наши взгляды встретились, и он коротко кивнул мне. Рядом с Биллом возникла Тара, трепетно вытирая лезвия ножа о костюм. Когда она подняла голову и увидела меня, в ее глазах вспыхнула радость.
Я тяжело сглотнул, замечая Минхо, Реджину и Пэйдж.
– Самое эффектное появление, слышишь, любительница прыгать с крыши? – крикнула Пэйдж и остановилась. – О, привет, здоровяк. На обнимашки нет времени, кажется, там вызвали подкрепление.
Внутри себя я начал обратный отсчет.
Три.
Пэйдж заметила Ройса и Джиджи.
Два.
Ее взгляд устремился вдаль, и, видимо, она увидела Броуди, потому что вскинула средний палец.
Один.
– Где она?
Наверное, следовало как можно скорее убраться отсюда, но никто из нас не двигался. Пэйдж переводила взгляд с меня на Ройса, и в глубине души она знала ответ на свой вопрос. Просто никто из нас не решался озвучить его.
– Ройс? – не выдержала Пэйдж и направилась к нему, игнорируя летящие в нее пули. Я швырнул нож, сбивая стрелка.
– Рэй? – дрожащим голосом позвала Тара.
Смесь страха, ужаса и паники отпечаталась на их лицах. Даже у Минхо. Я знал, что сейчас в нем не было сыворотки, и любая пуля могла убить его, как и Реджину. Но Минхо было плевать. Он стремительно приближался к нам, сжимая автомат.
– Нам нужно уходить, – сказал Ройс, на что Пэйдж вцепилась в его руку и не дала сдвинуться с места. – Пэйдж, я сказал, нам нужно уходить! – прорычал он, заставив ее отшатнуться. – Сейчас же!
– Давай, Редж. – Я притянул ее к себе, закрывая от свистящих пуль и вынуждая идти.
– Рэй, что произошло?
– Потом.
Но я не собирался объяснять ни ей, ни Пэйдж, ни остальным. Я хотел как можно скорее оказаться в Кристал-Лейке.
Как только мы оказались возле машины, Пэйдж пришла в чувство. Паника захлестнула ее с такой силой, что она не выдержала и толкнула меня в грудь.
– Где. Она?
Не дождавшись ответа, она толкнула меня еще раз. Еще раз. И еще. Она била, захлебываясь слезами, и, в конце концов, не выдержала и упала на колени. Я не мог смотреть на Пэйдж, но и глаза Тары были полны слез. Она с надеждой всматривалась в мое лицо, словно я мог дать какое-то объяснение. Но столкнулась с опустошением. Мои эмоции отключились. Пэйдж выплескивала свою боль, плача и разбрасываясь угрозами. Билл пытался вытрясти ответы из Броуди, и только Минхо и Реджина додумались спросить у Джиджи. Я не знал, куда делся Ройс. Я просто надеялся, что почувствую физическую боль вместо той, что пульсировала у меня в груди.