А мы – браком.
Я цеплялась за воспоминания и не давала Профессору возможность навести порядок в моей голове. Чем чаще он стирал воспоминания, тем быстрее слабел монстр. Ничто не подпитывало его ярость. Ему не за что было бороться.
Что касалось Тима и Теи… Сложно было описать, что именно с ними не так. Они тупо выполняли приказы, не совсем понимая, с какой целью. Ни один, ни второй не был жестоким. Если требовалось выполнить задачу, они делали это, стараясь лишний раз не проливать кровь. По сравнению с ними, Далия намеренно причиняла больше боли соперникам. Особенно новичкам, в число которых входила и я.
Дверь слева от меня распахнула, и возникла Далия. В обеих руках она держала окровавленные ножи. В этот лабиринт запустили новичков, и, видимо, Далия успела преподать им урок.
Я не позволяла чипу управлять своими инстинктами. Я привыкла полагаться на себя. Далия резко замахнулась, но это движение было ложным. На деле же она собиралась пырнуть меня другим ножом. Я крутанулась вокруг своей оси и ударом ноги выбила нож. При мне не было оружия, только уставшее тело и желание выжить. Далия издала низкое шипение и бросила быстрый взгляд на нож, который отскочил от стены и теперь валялся на полу.
– Недостаточно быстро, – протянула Далия и вытащила нож, – и прекрати бороться с чипом.
– Я не борюсь с ним.
– Ты все еще прикрываешь голову.
– Это было круто, – прокомментировал Тим.
Я не нуждалась в их оценке. Сколько бы Далия не критиковала меня, ее бесило мое сопротивление. Она не хотела признавать, что чип в моем случае становился бесполезным. Я столько лет работала без него и успешно справлялась. Но еще больше ее бесило то, что Тима и Тею обучали бою по моим видео.
– Поторапливайся, – бросила Далия, убирая ножи, – он ждет тебя.
Когда она вышла, я повернула голову к Тиму. Он одарил меня сочувствующим взглядом и попытался ободряюще улыбнуться.
– Твое упорство вдохновляет меня, фисташка, – тихо сказал Тим и приблизился, – смотря на тебя, я начинаю думать, что мог бы побороться за свои воспоминания.
– Возможно ли вернуть их? – спросила я, поглядывая на дверь.
– Вряд ли. Но я надеюсь, что в будущем я обрету людей, за которых захочется побороться. Ты – счастливчик.
Я не стала кивать. Я не подала виду, ведь не знала, наблюдает ли за нами Профессор. Никто не должен был знать о том, какие именно воспоминания сохранились в моей памяти.
Профессор намеревался уничтожить все. Оставить после сеансов пустоту, которую заполнит новой информацией. Нужной ему. Он вливал в меня больше «желтой хрени», теряя всякое терпение. Он проводил сеансы дольше положенного и после каждого все громче хлопал дверью.
И это вселяло в меня крохотную надежду, что в конце концов сломается он, а не я.
Я должна была стать его лучшим солдатом, такой же, как и Далия.
Однако оказалась разочарованием, потому что боролась за то, что любила.
Глава 21. Пэйдж
Рэй был в ахуе. Другого слова я подобрать не смогла.
Когда он вернулся в убежище, то сразу понял, что что-то не так. Мы молчали, и он не выдержал и спустился в подвал. Впервые Рэю нечего было сказать. Зато Армандо не удержал язык за зубами.
– Командир, – радостно протянул он и широко улыбнулся, – да ты своего рода Иисус. Каждый раз мне говорят, что ты умер, и каждый раз ты оказываешься живым. В чем секрет?
– Где Морган? – Рэй пришел в себя и приблизился к Армандо.
– Понятия не имею. Я не его подружка.
– А кто его подружка?
Армандо недоумевающе уставился на него.
– То есть, ты действительно веришь, что я слежу за его личной жизнью?
Рэй ущипнул себя за переносицу. Он за несколько секунд понял, что Армандо был проблемой. К тому же оказался крепким орешком. Мы применили к нему самые безопасные пытки, которые ни к чему не привели. У этого парня напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения. Он хохотал чаще, чем кричал. Возможно, я где-то просчиталась.
А может быть и нет.
– Оставь нас наедине с бабочкой. Я буду разговаривать только с ней.
– Где-то я такое уже слышал, – проворчал Рэй и ушел.
Проблема в том, что Армандо тратил мое время. Уже три дня он находился у нас в плену, но мы не приблизились к правде.
Я всматривалась в его глаза, пытаясь отыскать уязвимые стороны. Армандо никогда меня не интересовал, и поэтому я мало что знала о его жизни, помимо очевидного. Но мне требовалось отыскать эти болевые точки и надавить на них со всей силой.
– Чем дольше я смотрю на тебя, тем сильнее понимаю, что вы не похожи.