– Ты последний час изнывала от желания и ничего не сказала мне? – густым голосом выпытывал он. Большой палец кружил по клитору, с легким давлением массируя его.
– Я подумала, что нам нельзя, – с трудом выдавила я. Мои пальцы вцепились в одеяло и сжали его.
Мириады мелких электрических разрядов пробежали по коже. Его язык безжалостно двигался во мне. Узел внизу живота затянулся с такой силой, что в следующую секунду я взорвалась от ошеломительного оргазма. Он был гораздо ярче и мощнее, чем все до этого. Сердце оглушительно застучало в груди, пока я бесполезно хватала воздух. Каждая мышца в теле сладко сжималась, пока под сомкнутыми веками ослепительно сияли звезды.
– Тебе стало лучше? – горячий шепот скользнул по моей шее.
– Да, – выдохнула я и прижалась к нему.
– А теперь пообещай мне, что больше никогда не будешь скрывать свои желания от меня.
– Даже если они будут абсурдными?
– Особенно, если они будут абсурдными.
– Тогда, – я заглянула в его глаза и сказала, – я безумно хочу мороженное с жаренным беконом.
Ройс озадаченно моргнул, уголки губ подрагивали, но сам он выглядел при это так, словно не мог решить: рассмеяться или проверить у меня температуру.
– Мороженное с шоколадной крошкой и посыпанное жаренным беконом, – повторила я, чувствуя, как рот наполняются слюной.
– Зефирчик, ты уверена, что хочешь именно это? – уточнил Ройс.
– Больше всего на свете.
Он усмехнулся, но все же поднялся и помог мне одеться.
– Спускайся в гостиную, а я исполню твое желание.
– Подожди.
Я вытащила из шкафа плохо завернутый подарок и протянула ему. Меня переполняли эмоции, и я боялась, что если подарю при всех, то расплачусь, когда увижу это на нем. Ройс не стал смеяться над упаковкой. Он опустился на кровать и развернул бумагу. Честно говоря, я не знала, что именно ему подарить. У него было все, а самый главный подарок для нас я носила под сердцем.
Ройс открыл коробку и вытащил черную футболку с надписью «Girl Dad». Под ней лежало крохотное черное боди с другой надписью – «Daddy’s Girl». Рядом – фотоаппарат и альбом в кожаном переплете, на котором было вышито «Little Falcone».
На мои глаза навернулись слезы, когда Ройс поднял боди, рассматривая его со всех сторон. Я легко могла представить, как он держит нашу малышку, успокаивает ее по ночам и любит с такой силой, что я точно знаю: он убьет любого, кто посмеет омрачить ее сон, и перевернет этот мир, если она того попросит.
Ройс поднялся и притянул меня к себе. Слезы безвольно катились по щекам, и он целовал каждую с особой нежностью, от которой мое сердце затрепетало.
– Скажи мне имя, которое ты придумал, – попросила я, обвивая руками его талию.
Его губы изогнулись в улыбке.
– Райли. Оно означает «храбрый» или «отважный». Потому что она, – он опустил взгляд на живот и медленно провел по нему большим пальцем, – по истине храбрая девочка, которая поборолась за право жить, вступив в схватку с сывороткой. И не менее отважная, раз решила появиться в самое темное для нас время.
– Прекрасное имя, – улыбнулась я и вытерла слезы, – мне нравится.
– Оно так же означает «ржаное поле», но, – его лицо сморщилось. Я не выдержала и рассмеялась, – не будем никому об этом говорить. Теперь твой подарок.
Он достал красиво упакованную коробку небольшого размера. Я открыла ее и увидела на дне красную бархатную коробочку. Ройс сам вытащил ее и распахнул. Там было кольцо с какой-то гравировкой, но я не смогла ее рассмотреть.
– Брак, который мы заключили для пересечения границы – фальшивый. А я хочу тот, который будет на всю жизнь. И я хочу свадьбу, на которой наша малышка будет присутствовать.
Он снял с моего пальца кольцо и поднял новое. Я наконец-то увидела гравировку.
«Будь Соколом. Будь моей».
– Если ты не против, то я хочу немного подождать, пока она не вырастет, чтобы принести кольца к алтарю.
– Я согласна.
Улыбаясь, я расплакалась, пока Ройс надевал новое – настоящее кольцо – мне на палец. Чувства к нему заполнили всю грудную клетку. Я отбросила коробку, приподнялась на носочки и поцеловала его, вкладывая в этот поцелуй все то, что не могла сказать.
– Я люблю тебя.
– Я люблю тебя больше, зефирчик.
Коты убегали от Лаки, который отчаянно хотел с ними подружиться. Анатолий сидел на руках у Рэя, то и дело принюхиваясь. Даже Юрий был здесь, но ему выделили отдельную зону, отгородив ее сеткой. Гусь пару раз пытался выбраться, но Ройс пригрозил ему, что отправит обратно в сарай, и, как ни странно, он понял его.