– Эмилио не такой, как я, – внезапно сказал Армандо, положил локти на колени и переплел пальцы, – он любит отца и считает, что тот знает, что делает. Он всегда и во всем доверяет ему.
Я собрала волосы и скрутила их в пучок на макушке.
– Когда Угго умрет, ты будешь рядом с ним и поможешь ему пережить эту утрату.
Глубокая складка возникла между его бровей.
– Ты даже не останешься, чтобы поговорить с ним и мамой?
– Зачем мне это делать? Вэнне лучше не знать обо мне. Когда мы подготовим план, я сообщу тебе детали, чтобы ты обеспечил ей безопасность. Смерть Угго и власть, которая будет у Энзо, позволит ей жить так, как она захочет.
– Она имеет право знать, – тверже произнес Армандо, и его щеки покраснели.
Я оставалась непоколебимой.
– Ты хочешь взвалить на нее чувство вины? Заставишь до конца жизни думать о том, что она двадцать пять лет оплакивала того, кто был жив? Что она не смогла защитить собственного ребенка?
– Это не ее вина, – начал защищаться он, но я качнула головой и скрестила ноги.
– Об этом знаешь ты, я, Энзо, но Вэнна – мать. Ты не заставишь ее чувствовать что-то другое, кроме чувства вины. Не зачем разбивать то, что и без того разбито.
– Разве ты не хочешь узнать ее?
Этот вопрос заставил мое сердце сжаться. Я стиснула челюсть, чувствуя желание Армандо залезть мне под кожу.
– Когда Кармина сказала о том, что у меня есть мама и два младших брата, это стало единственной причиной, по которой я держалась. Я верила, что они ищут меня и обязательно найдут. Я ждала их. Я терпела боль. Я хотела жить. Как ты думаешь, Армандо, хочу я узнать ее?
Он вскинул голову и тяжело вздохнул. Пучок развалился, волосы рассыпались по плечам, но это не заставило меня отвести взгляд. Я смотрела на него, видя так много сходств между нами. И это почему-то причиняло больше боли, чем его обвинение.
– Это уничтожит ее, – продолжила я, – так что, как бы сильно мне этого не хотелось, здесь нечего обсуждать.
– И мы не будем больше общаться?
Я нахмурилась, не совсем понимая, что именно он имеет в виду.
– Мы жили вместе три недели, и все это время ты избегал меня. О каком общении идет речь?
Армандо взмахнул руками и посмотрел на меня, как на душевно больную.
– Ты серьезно? Я в двадцать лет узнал, что все это время был третьим ребенком в семье! – это прозвучало как чертова претензия, но почему-то горло щекотал смех. Я подавила улыбку, хоть и выражение его лица выглядело забавным.
– Не было возможности сообщить раньше.
– О, правда что ли?
– Как ты себе это представляешь? «Привет, Армандо, меня зовут Алекс, но на самом деле Алессия, и я твоя старшая сестра», так?
– Ну, ты могла бы что-нибудь придумать.
Я вскинула брови, не скрывая скепсиса. Армандо собирался что-то сказать, но острая боль пронзила виски. Крик вырвался из моего горла, воспоминания обрушились, словно камни, погребая под собой реальность. Сотни фрагментов сменялись с такой скоростью, что я едва успевала рассмотреть их.
– Кто-нибудь! – сквозь гвалт голосов прорвался тот, что принадлежал Армандо.
Мое сознание разрывалось на части. Я чувствовала на своих плечах руки Армандо, которые удерживали меня от падения в реальной жизни. Но в своей голове я проваливалась в бездну. Погружалась все глубже и глубже, чувствуя то эйфорию, то боль. В одну секунду удар тока прошил тело, в другую – я водила руками по груди Рэя, изучая каждый дюйм кожи. Голосов стало больше, но все они доносились далеким эхом. Я не отвлекалась на них, пытаясь выудить из воспоминаний нужную информацию. Мне удалось отчетливо увидеть лицо Тима.
– Как нас можно убить?
– Сильный удар тока деактивирует чип, затем нужно ввести антидот, а потом прибегнуть к любому способу убийства. Только в такой последовательности.
– Почему?
– Чип заставит мясо срастись вокруг пули. Антидот сгорит в крови за секунды, не успев подействовать. Тебе будет казаться, что ты мертва, как и твоему сопернику, но через несколько минут произойдет перезагрузка, и ты восстанешь из мертвых.
Меня выбросило из этого водоворота. Я жадно втянула воздух, цепляясь за чьи-то руки. Пелена перед глазами спала, и я увидела напуганных Рэя, Минхо и Армандо.
– Сильный удар тока деактивирует чип, затем нужно ввести антидот, – протараторила я.
– Что?
Я заглянула Рэю в глаза и четко проговорила:
– Сильный удар тока деактивирует чип, затем нужно ввести антидот – вот как можно убить солдат Профессора. Только таким способом. Ты никого не убил на острове, Рэй. Тебе показалось, что они мертвы.