— Здравствуй…
— Вот только кланяться не надо, хорошо?
Кубин раскрыл рот и удивленно пробормотал:
— Ты чего, Владимир Иванович? Какие поклоны? Аль приснилось чего?
Усевшись рядом с котелком, от которого вкусно пахло, пояснил:
— Выхожу из палатки, а там, ратники, что мимо не идут, то здороваются и кланяются, как иконе ей Богу. Грешным делом подумал, что Кутерьма опять чудит.
Зачерпнул ложкой варево и подул остужая. Кубин пожал плечами и сказал:
— Не знаю чего это они. Демьян, а ты что скажешь?
Парень проглотил хлеб и улыбнулся:
— Как вы вчера ушли, Горин стал рассказывать, как в лощине поганых побили. Потом про то, как на поле у Люнды их резали. И всё тебя хвалил, мол, по твоим задумкам ратовали. Вот и язвленных нет.
Я пожал плечами:
— Не велика заслуга. Это не повод для обожания. Смотрят как на чудо.
Демьян засмеялся и продолжил:
— Так это не всё. Он ещё про твою стрельбу из лука рассказал.
Кубин ухмыльнулся и прокомментировал:
— Да-а-а, Владимир Иванович. Ты всех тогда удивил, даже меня. Не думал, что так можно стрелять. Ты, правда, раньше из лука не стрелял?
— Нет, сколько раз можно повторять.
Мда. Не думал, что так получится. Даже сам удивился.
А по-другому было нельзя. Всё Кутерьма, будь он неладен!
Ещё в Вершах, Кубин похвастал, что с его подачи тут воинскую школу образовали, так и поехали проведать, как идёт обучение отроков. Попали как раз когда парни из луков стреляли. В общем, все стреляли нормально, но как всегда бывает, есть исключения. Наставник, как раз распекал нерадивого стрелка:
— Немочь ты Никола. Нерадивая немочь. Ну как можно стрельнуть вперёд и попасть назад. Стыдно. Девки, он и то стреляют лучше.
Увидев нас, ратник дал парню подзатыльник и шагнул навстречу:
— Здравы будьте, бояре.
Кубин кивнул и спросил:
— Что Иван, так плохо?
Ратник покачал головой:
— Да не, не всё. Половина стреляет хорошо, другие посредственно. Но трое, даже в сторону чучела не попадут. Этот пострел чуть меня не подстрелил.
И строго посмотрел сторону нерадивого стрелка. Кубин спрыгнул с коня и позвал парня:
— Николка, а ну подь сюда.
Никола, смотря в землю подошел. Кубин положил руку ему на плечо и сказал:
— Вот что Николай. Батьку твоего поганые убили. И ты теперь за старшего в семье остался. Так будь прилежным и упорным, чтоб стать воином справным и отомстить врагам за отца. А как стрелять из лука я тебе сам покажу. Примечай и старайся.
Откуда-то сбоку раздался голос Кутерьмы:
— А пусть боярин Велесов умение своё покажет.
Горин обернулся и пригрозил:
— Ох Гришка, дождёшься у меня.
Потом повернулся и, глядя на меня, сказал:
— Володимир Иванович, ты добрый вой, и правда, покажи отроку, как стрелять надо.
Вот млять, не было печали. А Кутерьма опять подал голос:
— Если лука с собой нет, так вот. — И подаёт мне ЛУК. Блин это не лук, лучище. Под кого его делали? Под великана? Этот лук выглядел, как будто его оторвали от огромного арбалета. Ёп, я его даже наполовину не натяну, не говоря о стрельбе. Не подав вида, бросил Лисину:
— Спасибо, у меня свой есть. Только кольца нет, выронил где-то.
Неугомонный шутник тут же сказал:
— Сейчас найдём.
И через минуту развернул тряпку с кольцами:
— Выбирай, боярин.
Подобрав кольцо по размеру, сразу пристроил его на пальце. Отошел к коню и снял тул с луком. Достал его и пару стрел. Думаю, хватит.
Сначала попробовал натяжение тетивы. Туг-гая з-з-заррраза. Даже в лопатках щелкнуло.
Так. До мишени примерно сто пятьдесят метров. Я сразу выбрал дальнюю. Если промажу, хоть не так обидно будет. Хотя если промажу, то шуток необерёшься….
Вот мазать и не надо. Только целиться как? Вот зараза. Ни мушки, ни целика на стреле нет. Это не автомат и не пистолет. И стрелять меня из лука не учили. Блин, позорище будет. А, была, не была.
Наложил стрелу и, не оттягивая тетивы, навел на мишень. И замер.
Что это?
Я смотрел на мишень и видел её как будто вблизи. Казалось, моя стрела упиралась в истыканные доски. Как в оптический прицел смотрю. Стрельни и она попадет туда, куда сейчас смотрит стрела. Оп-па!
Резко натянул тетиву.
Дзень!
Со всех сторон одобрительно загудели. Стрела торчала в середине мишени.