— Не то, что бы очень, Ваше Сиятельство. Среди простых девушек оно и ничего, но вот рядом с Вами ее бы никто не заметил, — не преминул польстить лавочник. И, отметив, как торжествующе сверкнули глаза дамы, похвалил себя за наблюдательность — точно, ревность и уязвленное самолюбие отвергнутой женщины!
— Говорят, герцог все дни проводит вместе с женой, нанял ей учителей из столицы и важную даму из высшего света, которая учит ее манерам. — продолжил Дарваль. — Завалил жену подарками.
Графиня мстительно прищурила глаза — все слухи верны. Неужели, влюбился, иначе отчего такие жертвы?
— Так Его Светлость любит жену?
— Вот чего не знаю, того не знаю. Балует он ее — это да, но кто же не балует новобрачную? А так-то герцог тот еще ветреник, как большинство знатных мужчин.
— Ветреник? С чего ты взял? Уж герцог точно не делился с тобой своими любовными похождениями! Или он перещупал всех девушек в вашем поместье? Так это не ветреность, а просто молодая кровь играет, — фыркнула миледи.
— Не делился, да, но письмецо одно потерял. А птичка подобрала да мне принесла.
— Письмо? Кому? Что в нем?
— Да, такое письмо…
Графиня протянула руку:
— Где оно? Дай сюда!
— Да не здесь, зачем бы я его с собой возил? Дома осталось.
— А что в письме, ты же, наверное, прочитал его? И точно ли его писал герцог?
— Точнее некуда. Написал и кинул в камин. Так многие делают — пишут, потом выбрасывают негодный вариант. Прочитал, да.
— Ну и что ты тянешь? Рассказывай! — от нетерпения графиня вскочила с диванчика и притопнула ножкой.
— Да что там рассказывать — не любит он ее, неприятна она ему и собирается запереть жену в замке безвылазно как только она родит и вернуться в столицу к той, которую любит.
— Даже так… А кому письмо-то?
— Дак — жене. Только выбросил он его и не знаю, написал ли новое. Пока я не уехал, слышал, что живут они душа в душу и он с жены только что пылинки не сдувает.
Графиня тоже соображала быстро- это письмо необходимо было во что бы то ни стало получить в свои руки.
— Я хочу купить у тебя это письмо и щедро заплачу и за него и за то, что ты забудешь и о письме и что я приходила в твою лавку. 5 золотых за все.
— Миледи, письмо не со мной! Оно осталось в поселении, в моем доме.
— Так иди и принеси его!
— Никак невозможно! У меня здесь обоз с товарами на год и раньше чем через 5 недель мне домой не попасть, даже если я выеду завтра утром и всю дорогу буду гнать.
— Но я не могу ждать так долго! Почему нельзя уйти порталом?
— Я бедный торговец, у меня нет денег на портал для целого обоза.
— Но я только что дала тебе два золотых! На них можно пол столицы перекинуть порталом! — возмутилась графиня.
— Зачем мне тратить такие деньги на портал, если я могу отправиться своим ходом бесплатно? — возразил Дарваль.
— А если я заплачу тебе за портал туда и обратно и ты сходишь один и принесешь мне письмо?
— Никак невозможно! Я не могу оставить обоз даже на час! Эти работники — за ними глаз да глаз, так и норовят пустить хозяина по миру.
Де Соммери сдалась:
— Хорошо, я оплачу портал для всего обоза, но пойду вместе с вами и сама посмотрю, что за письмо и стоит ли оно таких денег.
— Как скажете, миледи, — поклонился Дарваль. — Когда нам быть готовыми к переходу?
— Завтра… Нет, послезавтра рано утром. Я пришлю слугу, — и графиня покинула лавку.
Дарваль довольно потер руки — интуиция и на сей раз его не подвела! Это надо же, какая удача — 2 золотых уже получил, бесплатно переправит весь обоз порталом, да потом еще 5 золотых получит! Ай, да письмо! Ай, да он, молодец! И приплясывая, кинулся собираться и готовить людей и товары для перехода.
Через день рано утром, как графиня и обещала, господин Дарваль, его обоз, люди и миледи со слугой оказались недалеко от дома лавочника, переполошив внезапным появлением все поселение. Графиня предусмотрительно завернулась с неприметный плащ, какой носят служанки и никем не замеченная, нырнула в дом.
Дарваль отправил всех домашних помогать с обозом и вынес шкатулку с письмом. Графиня жадно протянула руки:
— Давай скорее!
— Погодите, Ваше Сиятельство, сначала обещанные золотые.
— О, Всесветлая! Да на, — швырнула мешочек на стол и выхватила шкатулку, торопливо открыла ее и взяла в руки бумагу. — А почему оно такое мятое и грязное?
Лавочник оторвался от пересчитывания монет:
— Я говорил, миледи, герцог скомкал его и бросил в камин.
Но графиня уже читала и не могла оторваться. Наконец, она подняла голову и аккуратно положила письмо назад в шкатулку, повернула ключик и завернула шкатулку в плащ.
— Как уговаривались — с этого момента ты никогда не видел ни письма, ни меня. — проводи меня и слугу, где нас никто не увидит, я открою портал в столицу.
— Разумеется, миледи! — поклонился Дарваль. — И пошел впереди, показывая направление. графиня и ее слуга молча шли следом.
Задний двор усадьбы Дарваля был со всех сторон закрыт постройками и от дороги, где стоял обоз и суетились люди, был скрыт высоким забором.
Графиня отошла от строений, достала одноразовый портал, подождала, когда слуга встал рядом, раздавила шарик и они исчезли в зеленой вспышке.
Единственными свидетелями этого, кроме самого Дарваля, был расписной петух и стайка квохчущих кур.
Глава 7
— Поклон. Шаг вправо. Приставили. Поклон. Шаг влево. Приставили. Идем вокруг, обходим, обходим. Руку вверх. Плавно начинаем… Так, так… Очень хорошо. ии… да! Замечательно, миледи, я доволен. Теперь Вы можете смело ехать на Бал и танцевать сколько Вам заблагорассудится! — худой, как жердь, учитель танцев, чем-то напоминающий цаплю, лучился восторгом.
Деми перевела дух и улыбнулась:
— С таким учителем, как Вы, господин Ренни, невозможно не научиться, у Вас настоящий талант. Благодарю Вас!
Учитель и ученица, донельзя довольные друг другом, расстались у дверей танцевальной залы и Деми отправилась к мужу.
Ее новая способность всегда знать, где находится герцог очень ей нравилась и так же то, что по своему желанию, она могла передавать и мужу свое местоположение. Но если не хотела, то он ее не чувствовал.
Еще девушка заметила, что видит сияние возле людей и у всех оно было разное по цвету, оттенкам, насыщенности и яркости, Что это такое она не знала и спросила у Анри.
— Опишите мне, что Вы видите, например — у меня? — попросил мессир.
— Это похоже на нечто плавное и переливающееся, как бока мыльного пузыря на солнце. У Вас оно большое по величине и изумрудно зеленое с всполохами синего и немного красного.
— хм, интересно. Похоже, миледи, Вы видите мое энергетическое поле. Вы видите эти «мыльные разводы» у всех людей и все время или временами?
— Нет, только когда сосредоточусь на этом, но увидеть могу у всех.
— А попробуйте посмотреть на меня внутренним зрением. Помните, я говорил Вам на уроках основ магии?
— Отрешиться от всего и перестроить взгляд как бы сквозь всего, смотря будто в никуда? Я попробую. — Деми нахмурилась, сосредоточилась и принялась вращать глазами.
— Да нет, же! Так Вы заработаете косоглазие. Просто смотрите на меня, но не фокусируйте взгляд, как бы обтекайте меня или смотрите сквозь.
Деми некоторое время старательно пыхтела и когда совсем уж решила, что ничего не получается, изображение вдруг размылось или как бы подернулось дымкой и она четко увидела разноцветное сияние, коконом окружавшее Анриона. От неожиданности Демиана охнула и все попало. Но вторая попытка далась легче, следующая — еще легче и скоро герцогиня свободно переключалась на внутреннее зрение и разглядывала ауры.
Анри сокрушался, что так мало времени и он не может всему научить миледи. Что-то и сам не знает, что-то ей пока сложно понять, ведь для того, что бы научиться читать, сначала необходимо выучить буквы и старался заниматься с Ее Светлостью каждую свободную минутку.
Многие знания, касающиеся способностей Искрящих, знали только сами Искрящие и передавали их друг другу и теперь, когда Демиана оказалась единственной Искрящей, ей до многого приходилось доходить самостоятельно. Например, она случайно узнала, что может определять качество пищи и воды — чувствует, если они испорчены или не годны к употреблению: зашла в кухню и проходя мимо котла с грибным рагу, почувствовала, что это есть нельзя. Она не могла объяснить, почему, но требовала, что бы рагу выкинули. Повар очень обижался и протестовал, что это ужин слуг и если он выкинет. люди останутся голодными. Перепирательство шло до тех пор, пока на шум не пришел Анри, бывший в тот момент в замке и, просканировав кушанье, не определил, что среди грибов попался ядовитый.