Когда Том вернулся через несколько минут, Мошав вопросительно посмотрел на него.
— Что все это значит?
Том украдкой достал маленький серебристый пистолет из кармана куртки.
— Ты знаешь, с этими типами шутки плохи, небольшая предосторожность не повредит.
— Ты что, с ума сошел? — возмутился Мошав. — Если бы таможня нашла пистолет, мы бы сейчас сидели в камере.
— Но ведь не нашла же, — возразил Том.
Они пересекли зал прилета и вышли из стеклянного здания. Бесчисленные такси стояли перед терминалом, вокруг которого была развернута огромная стройплощадка.
— Что будем делать теперь? — спросил Мошав.
— Погоди немного, — ответил Том и подошел к одному из таксистов.
— У тебя что, в запасе очередной сюрприз? — крикнул ему вслед Мошав, но Том уже исчез. Мошав отвернулся и со вздохом опустился на ближайшую скамейку.
Прошло почти полчаса, пока Том наконец не появился снова. Перед этим он ходил от таксиста к таксисту и коротко говорил с ними. Когда он вернулся, то довольно улыбнулся и сел на скамейку рядом с Мошавом.
— Что ты там делал? — спросил его Мошав.
— Теперь я знаю, что мы на правильном пути, — ответил Том.
— На правильном пути?
Том достал сложенный листок из кармана куртки, развернул его и сунул Мошаву под нос. Это был портрет профессора Хаима Рафуля.
— Я его вчера распечатал из Интернета, — лукаво заявил он.
— Ты же не хочешь убедить меня, что кто-то еще помнит его.
— Его, может, и нет, а вот багаж…
Мошав нахмурился.
— Подумай: мы ведь исходим из того, что он везет с собой древние свитки. Им минимум тысяча лет, и они хрупкие. Он ведь не для того столько усилий прилагал, чтобы потом повредить их во время долгого путешествия.
Мошав начал соображать.
— Он перевозил их в вакуумном аппарате.
— Правильно, — согласился Том. — А если кто-то несет под мышкой такую громадину, то это непременно бросится в глаза. У него их при себе было две штуки. Почти метровой длины, по словам таксиста. Клиент сел к нему четырнадцать дней назад и приказал ехать к вокзалу.
Мошав указал на землю.
— Поезда ездят прямо под нами, зачем он брал такси?
— Его самолет опоздал, а челночный поезд уже отъехал. Он очень торопился: его междугородний поезд отправлялся в десять минут шестого от главного вокзала.
— Но куда?
Том встал и целеустремленно двинулся к входной двери. Прямо рядом с рекламным плакатом «Люфтганза» висели планы железных дорог ФРГ. Том провел пальцем по колонке «Время отправления».
— В семнадцать десять поезд на Мюнхен, а в семнадцать двенадцать — на Кобленц, — вслух прочитал он.
— Так значит, Мюнхен, — повторил Мошав. — Тогда, похоже, он действительно завис у своего приятеля по университету.
Том кивнул.
— Жан прав: вперед — мы поедем в Мюнхен и нанесем ему визит.
Шёнау, Берхтесгаден…
Штефан Буковски облокотился о патрульную машину и щелкнул пальцами; его сигарета, описав высокую дугу, улетела прочь. «Номер семнадцать», — подумал он и посмотрел вслед раскаленному окурку, который подобно красному светлячку проплыл в лучах начинающегося рассвета и, подняв фонтанчик искр, ударился об асфальт.
Полицейский вертолет снова появился в районе поиска. Всю вторую половину дня кинологи обыскивали прилегающий лес, а сверху их поиски поддерживал вертолет с тепловизором. Но все было безрезультатно. После того как на район опустились сумерки, розыск прервали. Полицейские патрули по-прежнему стояли в ключевых точках, таких как перекрестки или развилки дорог, и контролировали движение транспорта. В окрестных домах медленно загорались огни, освещая темные пещеры окон. Дверь мобильного командного пункта открылась, и в луче света появилась Лиза. Она подошла к Буковски.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она.
— Тебя жду, — ответил Буковски.
— Руководитель операции хочет поговорить с тобой. Он собирается отозвать людей и оставить здесь только несколько полицейских в штатском. Он думает, что преступники давно исчезли.
Буковски наморщил лоб.
— Пусть поступает так, как считает нужным, но в следующий раз расклад может поменяться. У меня больше нет желания принимать участие в этой борьбе за превосходство в качестве конкурента Великому и Ужасному.
Буковски сердился на решение старшего советника, но ему было совершенно ясно, что ответственность за это решение лежит на местном отделении полиции.
— Возможно, он даже прав, — заметила Лиза. — Когда мы обнаружили машину, двигатель уже остыл. Скорее всего, на тот момент прошло уже больше часа и они могли найти себе вторую машину и покинуть этот район.